Выбрать главу

Ты, наверное, думаешь, что, оставшись без мамы, братья сдружились?

Увы, они, напротив, отдалились друг от друга.

В отличие от Денниса Джон втихомолку злился на маму за то, что она ушла, и, так же как и папа, считал, что лучше вообще о ней не говорить. Такое у них было правило:

«Не говорить о маме».

А ещё — не реветь.

И самое ужасное — не обниматься.

Деннис же просто очень тосковал. Иногда он так скучал по маме, что плакал по ночам, лёжа в постели. Он старался не шуметь, чтобы брат не услышал, ведь они жили в одной комнате.

Но однажды Джон всё-таки проснулся от его всхлипов.

— Деннис? Деннис? Ты чего ревёшь? — строго спросил Джон, не вставая с кровати.

— Не знаю. Просто… ну… я очень соскучился по маме, — ответил Деннис.

— Хватит сырость разводить. Она ушла и никогда не вернётся.

— А ты откуда знаешь?

— Она не вернётся, Деннис. Перестань реветь. Ты как девчонка.

Но Деннис не мог перестать плакать. Боль, как волна, то отступала, то накатывала, обрушивалась на него и топила в слезах. Чтобы не огорчать брата, он плакал как можно тише.

Так почему же, спросишь ты, Деннис был не такой, как все? Ведь он жил в обычном доме на обычной улице обычного города.

Об этом я тебе расскажу потом, а может быть, ты найдёшь подсказку в названии этой книги…

2

Папа-толстяк

Папа прыгал и вопил от радости. Потом схватил Денниса и крепко обнял.

— 2:0! — голосил он. — Мы им показали, а, сын?

Знаю, я сказал, что у Денниса в доме не обнимаются. Но тут другое дело.

Футбол.

Говорить о футболе у них дома было проще, чем о чувствах. Все трое, Деннис, Джон и папа, обожали футбол и вместе переживали победы и (что случалось чаще) поражения местного клуба третьего дивизиона.

Но с финальным свистком судьи не только матч заканчивался, но и как будто снова вступало в силу антиобнимальное правило.

А Деннису не хватало объятий. Мама всё время его обнимала. Она была такая тёплая и мягкая, так приятно было прижиматься к ней. Большинство детей только и мечтают поскорее вырасти и стать большими, а Деннису хотелось снова стать маленьким и сидеть у мамы на ручках. Нигде больше он не чувствовал себя в такой безопасности.

Обидно, что папа почти никогда не обнимал его. С толстяками здорово обниматься, они такие уютные, как большой мягкий диван.

Я что, разве не говорил? Папа у Денниса был толстым.

Очень толстым.

Он работал дальнобойщиком, и многочасовое сидение за баранкой не прошло ему даром. Из грузовика папа выбирался, только чтобы дойти до кафе на стоянке и отобедать яичницей, сосисками, беконом, фасолью и жареной картошкой в различных сочетаниях.

Иной раз он после завтрака съедал по два пакета чипсов. С тех пор как мама ушла, он все толстел и толстел. В «Трише» один раз показали типа по имени Барри: такой толстяк, что попу сам себе не мог подтереть. Зрители в студии, слушая про его дневной рацион, охали и ахали — и от восторга, и от ужаса. Потом Триша его спросила: «Барри, вам приходится просить маму с папой вытирать вам… кое-какое место. И всё-таки вы не хотите похудеть?» — «Люблю покушать, что уж тут», — ответил Барри и глупо ухмыльнулся. Триша предположила, что Барри «заедает стресс». Она знает в этом толк. Как-никак ей самой много пришлось пережить. Под конец передачи Барри всплакнул, а когда пошли титры, Триша грустно улыбнулась и обняла его — хотя обхватить руками Барри, который был размером со средний коттедж, оказалось не так-то просто.

Может, папа тоже заедает стресс? И лишняя сосиска или гренка на завтрак помогают ему, как выражается Триша, «заполнить пустоту внутри себя». Но Деннис боялся поделиться этой мыслью с папой. К тому же папа был не в восторге от того, что Деннис смотрит шоу Триши. Называл его «девчачьей мурой».

Деннис мечтал, что однажды его пригласят на шоу. Тема будет: «Мой брат очень вонюче пукает» или «Мой папа подсел на печенье». (Приходя домой с работы, папа съедал по целой пачке овсяного в шоколаде, а оно, как известно, вызывает зависимость.)

Когда Деннис, папа и Джон играли в футбол, папа всегда стоял на воротах — из-за того, что он был такой толстый. Ему нравилось быть вратарём: не приходилось особенно бегать. Ворота были между перевёрнутым ведром и пустым пивным бочонком, оставшимся бог знает с каких времён, когда они устраивали барбекю, ещё при маме.

Дни барбекю ушли в прошлое. Теперь они обходились сосисками в тесте из ближайшей забегаловки или хлопьями с молоком, причём не обязательно на завтрак.