Парни катапультируются.
Это означало, что спасатели и рабочие со всех ног бегут к выходу, вверх по насыпи в сорок пять градусов, туда, где разместилась медицинская станция, и потом вниз по скользкому от глины склону к другому концу зала, где начинается сифон, ведущий ко «Второму залу». Все происходило на самом деле.
При продолжении подъема уровня воды сифон между «Третьим» и «Вторым залом» должен был снова заполниться до самого потолка. Именно там у Самана Гунана кончился воздух, там почти утонул «морской котик», попытавшийся переплыть водоем без акваланга. А запасных баллонов не было, и заранее распределенного снаряжения тоже. Торрел прикинул, что в «Третьем зале» на тот момент находилось около сотни людей, разбиравших и укладывавших оборудование.
Диспетчер британских дайверов Гэри Митчелл буквально через несколько секунд написал в ответ:
Принято, ребята.
Переполненные адреналином Митчелл, Ходжес и Андерсен посовещались – они зашли слишком далеко, чтобы позволить неблагоприятному стечению обстоятельств лишить их успеха в этой миссии. Сейчас нельзя было допустить потерь. Так что Ходжес отправил Торрелу приказ:
Выбирайтесь оттуда, пока не пришлось нырять.
Андерсен выразился более экспрессивно:
Выводи парней.
И тогда Торрел закричал: «Всем за борт! Всем за борт!», обращаясь к каждому находящемуся в «Третьем зале», давая тем самым официальное разрешение. Они заранее договорились, что эти слова станут сигналом к тому, чтобы покинуть корабль в случае обвала, ухудшения качества воздуха или подъема воды. Речь шла о спасении собственной жизни. Десятки спасателей и такелажников побросали ценное оборудование и стали карабкаться по склону, а оттуда съезжать как пингвины к сифону между «Третьим залом» и «Вторым», стремясь успеть до того, как его перекроет вода. Тем временем диспетчер британцев Митчелл срочно набрал тайское командование по телефону и выяснил, что прервалась подача электроэнергии к насосам. Они работали над устранением проблемы, но на это нужно было время.
Как только голова третьего «морского котика» показалась над водой, Торрел сграбастал его и вытянул из сифона.
Оставался последний.
Команда в штабе не сразу получила ответ от Торрела. У него самого был маленький вспомогательный баллон с нагубником, которым он и его техник-сержант Кен О’Брайан смогут воспользоваться. Поэтому, пока десятки спасателей без аквалангов толпились у сифона между «Вторым» и «Третьим залом», Торрел ждал последнего «котика» – в его смену никто никого не бросит, даже того, у кого было с собой оборудование для дайвинга.
Андерсен и Ходжес все больше нервничали. В 23:08 АНДЕРСЕН ПРИСЛАЛ ПОСЛЕДНЕЕ НАСТОЙЧИВОЕ СООБЩЕНИЕ:
GTFO
GET THE FUCK OUT. ВАЛИТЕ ОТТУДА КО ВСЕМ ЧЕРТЯМ. Потом Ходжес позвонил Торрелу, чтобы поговорить с ним лично, и сказал: «Надо уходить прямо сейчас! Давайте не будем превращать выход из пещеры в миссию с подводным погружением, это приведет к повышению уровня рисков».
Он не успел закончить предложение, как Торрел заметил движение в воде: «Четвертый «морской котик» только что всплыл в «Третьем зале». Мы все направляемся на выход немедленно».
Десантники отряда специального назначения ВВС США вместе со всеми «котиками» и их дайверским снаряжением наперегонки пустились к выходу. Торрел и О’Брайан забрались по уклону на самый верх «Третьего зала» и соскользнули вниз по глинистой горке к сифону. Вода уже лизала потолок пещеры на затопленном участке, и, подпрыгивая на волнах, Торрел задирал лицо вверх и вытягивал губы, чтобы глотнуть немного оставшегося в зазоре воздуха. Их команда с отделением «морских котиков» подождали последних двух тайских пловцов во «Втором зале».
К 23:15, когда американцы, отвечавшие за связь, написали группе, что тайцы разобрались с насосами, массовая эвакуация по всему подземному комплексу шла полным ходом, а вода уже перекрыла сифон между «Вторым» и «Третьим залом». Длинная процессия из почти двухсот уставших, но счастливых душ выходила из зловонной, бедной кислородом атмосферы в ночную свежесть.
ВНУТРИ ТХАМ ЛУАНГ БОЛЬШЕ НЕКОГО БЫЛО СПАСАТЬ. После того как тайцы убедились в общей безопасности, они остановили насосы. Все оставшееся внутри оборудование – насосы, шланги, баллоны и такелаж – выудили только спустя месяцы. Этим вещам пришлось ждать окончания сезона муссонов. Через несколько часов ПЕЩЕРА ПРИНЯЛА ЕСТЕСТВЕННОЕ ДЛЯ ТОГО ВРЕМЕНИ ГОДА СОСТОЯНИЕ: НЕПРОХОДИМЫЙ ПОТОК РЕКОЙ ЗАЛИЛ КАЖДОЕ СВОБОДНОЕ ПРОСТРАНСТВО ПО ПУТИ К «ПЕРВОМУ ЗАЛУ».