На пару сотен метров ближе к мальчикам Челлен и Стэнтон заняли позицию в начале длинного и прямого затопленного туннеля, соединявшего «Восьмой зал» и «Девятый». Роль Рика, по крайней мере на начальных этапах первого дня, заключалась в том, чтобы служить «цепью обратной связи». Стэнтон должен был дождаться первого мальчика, проверить его состояние и приплыть с этой информацией обратно к Харрису в «Девятом зале». «Харри хотел получить обратную связь: жив ребенок или нет, не слишком ли большая доза, до того как посылать в туннель следующего», – объяснял Рик. Остальные трое британских дайверов – Волантен, Джуэл и Мэллинсон – уже приближались к «Девятому залу». Подразумевалось, что каждый возьмет одного мальчика и поплывет без сопровождения. Джейсон, которого не так легко понять из-за сильного йоркширского акцента, рассказал, что «изначально мы планировали двух дайверов на одного ребенка – один впереди, второй за ним. Но затем поняли, что из-за условий, в которых приходилось действовать, в присутствии второго аквалангиста нет никакого смысла. Он будет ограничен положением [в хвосте мини-процессии] и не сможет увидеть, что происходит, даже если парнишка запаникует или с него съедет маска… и не сможет ничем помочь».
Так что никакой помощи на участках, где нужно плыть, не будет, только на заранее предусмотренных «газовых заправках». А между ними аквалангисты предоставлены сами себе. Что означает около тысячи метров единоличной ответственности, от которой кишки сворачиваются. Повернуть назад практически невозможно, запасного плана нет. Если у кого-нибудь из мальчиков ослабнет или порвется маска, инструкции предписывали не останавливаться. Они не могли себе позволить возиться с маской после того, как ее тщательно закрепили. А если какая-то сломается, оставалась только одна-единственная запасная, которая была больше и старее тех, что использовались. Оставалось довольствоваться тем, что есть.
«ЕСЛИ В ЛИЦЕВУЮ МАСКУ ОДНОГО ИЗ МАЛЬЧИКОВ ПОПАДЕТ ВОДА, – ГОВОРИЛ МЭЛЛИНСОН, – ТО ПЛАНА Б НЕТ. ТОЛЬКО ПЛЫТЬ С НИМ КАК МОЖНО БЫСТРЕЕ». Плыть до следующей точки, все время вперед, ни шагу назад, чтобы найти место, где над головой окажется достаточно пространства для вдоха, надеясь, что в легких ребенка осталось достаточно кислорода из баллонов. Это дало бы шанс на отчаянную реанимацию до гибели его мозга или его самого. Доктор Харрис первым добрался до «Девятого зала» с инструкцией в герметичной сумке, которую попросил перевести тайского доктора. Мужчина вручил эту записку «морским котикам» и велел дословно зачитать ее мальчикам. Ему нужна была уверенность, что в пещере все будет под его контролем, поэтому так важно, чтобы «котики» выполнили указания. Доктор Бак переговорил с ребятами, которые, казалось, испытывали облегчение. Наконец они увидели финишную прямую, даже если придется преодолеть ее в бессознательном состоянии. «Морские котики» уселись на вершине насыпи «Девятого зала» и зачитали инструкции. Ребята должны проглотить таблетку, после которой могут почувствовать себя странно. Им нужно спуститься к воде и сесть на колени к доктору Харрису. Он поставит по уколу в каждую ногу. Дети уснут и проснутся уже в больнице.
Харрис много раз вводил кетамин и атропин. И в пещерах бывал уже много раз, даже на угрожающей здоровью глубине. Но он был вынужден признаться себе, что никогда не делал уколов «в углу пещеры истощенным, костлявым и обезвоженным тайским детям». Спокойный внешне, внутри он весь сжимался от страха.
Мальчики выслушали инструкции не моргнув глазом. НЕВЕДЕНИЕ – ЭТО БЛАГОСЛОВЕНИЕ, ПОДУМАЛ ХАРРИС. НО ДЕЛО НЕ ТОЛЬКО В ЭТОМ. МАЛЬЧИКИ ОСОЗНАВАЛИ ОПАСНОСТЬ. Но они родились и выросли в обществе, в котором было принято практически слепое подчинение авторитету, причем это не ограничивается правительством или королем. В храме и монастыре Ват Дой Вао, где тренер Эк и ребята проводили много времени, главные монахи так почитались, что если один из них представал перед мальчиками, они не осмеливались подойти, чтобы передать сообщение или попросить о чем-либо, а подползали на четвереньках.
В общем, дети ощущали нависшую над ними опасность и доверяли этим авторитетным фигурам, которые говорили, что нужно делать, чтобы выбраться. Раз сказали, что план сработает, значит, он сработает.
Глава 18
Несколько уколов кетамина
Мэллинсон вызвался пойти первым: «Я не из тех, кто болтается в хвосте. Я достаточно проворен, так что, естественно, обычно впереди. Ну и в этот раз предложил свою кандидатуру». Он осознавал, что это значит меньше ила в лицо по дороге, но и, весьма вероятно, столкновение с невыявленными проблемами.