Он прибежал как раз в тот момент, когда Челлен склонился над вторым мальчиком, Терном, а Волантен начал отстегивать снаряжение. Джон поднял взгляд, и второй раз за последние полчаса Расмуссена отчитал британец – за то, что тот опоздал или оказался не в нужном месте. Момент был напряженный, и любое отклонение от плана могло привести к трагическим последствиям. Расмуссен и Челлен сняли со второго мальчика акваланг, уложили его на Skedco и свернули твердые пластиковые края вокруг него. Затем поспешили в «Седьмой зал» (Волантен тащил все снаряжение), вкололи мальчику на прощание дозу кетамина и передали его Джону – тот уже стоял наготове в воде, – а сами отправились назад. После часа непрерывной беготни выдался небольшой перерыв. Расмуссен и Челлен, которые до этого несколько раз участвовали в совместных спелеоподводных экспедициях, смогли поболтать.
Примерно через двадцать минут прибыл Крис Джуэл с третьим мальчиком, Ником, которому только стукнуло пятнадцать, прямо в этом каменном мешке. Он не старше других, но точно один из самых крупных: где-то 1 м 67 см. Мальчик был на пятнадцать лет моложе самого молодого из британских спасателей. Пока австралиец и датчанин возились с Ником и носилками, они обратили внимание, что Джуэл продирался сквозь болотистую грязь, даже не сняв дайверское снаряжение, а ведь он нес еще и дополнительный баллон мальчика. На нем висело не меньше 45 кг груза, а он даже не запыхался. По пути назад, протискиваясь сквозь змеистые меандры к «Восьмому залу», Расмуссен и Челлен поражались силе более молодого товарища. Они сами рассчитывали передохнуть минут двадцать до прибытия последнего на тот день аквалангиста. Не имея ни малейшего понятия, дожили ли дети до конца путешествия, датчанин и австралиец почувствовали искру оптимизма: а вдруг их сумасшедший план сработает.
Сорок минут назад, проплывая из «Восьмого зала» в «Девятый», Стэнтон подумал о том же. В длинном прямом сифоне он только что встретил Волантена с Терном и видел, как благословенные маленькие пузырьки поднимались с двух сторон маски мальчика. Когда он доплыл до «Девятого зала», Джуэл как раз одевал своего подопечного в дорогу. Рик сообщил доктору Харрису, что двое из мальчиков были живы как минимум до конца «Восьмого зала». После этого помог Джуэлу и Харрису отправить третьего ребенка и стал готовить следующего. Им был Найт. Он стал четвертым, потому что его кузен Ник жил на полквартала дальше. Как и двоюродный брат, Найт относился к большим мальчикам и выглядел абсолютно здоровым, когда съезжал по насыпи.
География сыграла свою роль в порядке, в котором выходили мальчики, но так уж вышло, что первые четверо были и самыми крупными в группе – как и хотели американцы, разработавшие план. Получилось это не случайно, а по хитрому решению тренера Эка и доктора Бака, вот только от ребят они его скрыли.
Найт был одним из самых высоких, и хотя иностранные аквалангисты еще не знали, одним из тех, у кого сильнее всего проявлялись симптомы пневмонии. Поэтому, как только Харрис ввел ему кетамин, тот перестал дышать. Временное апноэ из-за действия лекарств не является чем-то необычным, с Нотэ происходило то же самое. Когда они приладили маску и окунули его голову в воду, чтобы проверить герметичность, дыхание опять остановилось. Затем он медленно вздохнул. Неуверенно Стэнтон обхватил мальчика и провел тело по воде, лицом вниз. Десять метров – он не дышит; двадцать – ничего, тридцать – то же самое. Отплыв почти на пятьдесят метров, Рик крикнул назад Харрису: «Что-то не похоже, что он дышит!»
Доктор прокричал в ответ: «Делать нечего, плыви дальше!»
Триста метров скал и черной как крепкий кофе воды отделяли его от помощи. А по прикидкам Стэнтона Найт делал три вдоха в минуту. Поскольку выполнять приходилось сразу несколько задач за раз, иногда ему казалось, что проходила минута, а мальчик вдыхал все так же.
За спиной Рика доктор Харрис быстро упаковал принадлежности и отправился следом. Дайверы с мальчиками еще прокладывали путь к свободе, а работа Харриса в «Девятом зале» на сегодня была закончена. Последним заданием в тот день было держаться в арьергарде, чтобы убедиться, что все добрались благополучно. Когда Стэнтон выбрался в «Восьмом зале», там никого не было. Он вытянул мальчика на берег и подождал. Через несколько минут прибыл Харрис, заметил, что Найт приходит в себя, и отправил его обратно в страну снов дополнительной дозой кетамина. В этот раз ребенок опять перестал дышать, но на более долгий срок.