Антон, выполняя её команды, постепенно начинал действовать решительнее. Ему нравилось, что Мария Владимировна сама говорит, чего хочет.
— Потрахай меня пальчиками, — велела она, насаживаясь на его руку и сама начиная двигаться.
Её влажность и тепло обожгли его пальцы. Антон задохнулся от внезапной, животной волны желания, прокатившейся по нему. Он уже не просто выполнял указания, а вслушивался в женское тело, в сбивчивое дыхание, в мелкую дрожь в её бедрах. Его пальцы, сначала робкие, теперь двигались увереннее, находя тот самый чувствительный узелок и посвящая ему все свое внимание.
— Да… вот так… именно так… — Голос Марии сорвался на шёпот, полный томления. — Давай, малыш.
Малыш? Антона слегка задело такое обращение. Хотя..с другой стороны, она ведь действительно старше, и это ему тоже нравилось.
Мария перестала контролировать его движения, её руки впились в его волосы, затем скользнули по напряженным мышцам спины. Она откинула голову ещё дальше, и Антон приник к её шее губами.
— Возьми меня, — прошептала Мария. И от нового приказа у Антона всё замерло в груди. Он уже давно почувствовал, что его так называемый «фонарик» в штанах ожил и снова требует разрядки.
— Как ты хочешь? — деловито осведомился парень.
— Пожёстче, — последовал уверенный ответ. — Вставай. Я покажу, как мне нравится.
Мария плавно поднялась с кровати, её движения были полны уверенной грации. Она обернулась к Антону, на мгновение прикоснувшись ладонью к его щеке, а затем развернулась спиной. Опираясь коленом на матрас, она легла на живот, её тело выгнулось в немом приглашении. Плечи её уткнулись в подушки, а бёдра оказались приподняты, подставляясь ему, бесстыдно демонстрируя округлую манящую попку. Она посмотрела через плечо, взгляд её был тёмным и влажным от желания.
— Вот так, — тихо сказала она, и в её голосе слышалось обещание. — Теперь твоя очередь.
И Антон с каким-то диким восторгом подошёл к своей медсестре, удобнее схватил её за ягодицы, а потом вошёл одним резким сильным движением, заставляя Марию Владимировну громко застонать.
Ему нравилось, что она совершенно не сдерживает своих эмоций, и ещё ему нравилось, какая она горячая и неожиданно тесная внутри, несмотря на свою пышность и мягкость снаружи.
Ох, как же это было восхитительно. Свою Алёну он ещё никогда так не трахал. С упоением, не церемонясь, отдавая всё и забирая. Мария лишь подхватывала его ритм и на каждое движение отзывалась стоном или криком, а иногда комментарием:
— Вот так, давай сильнее, ещё… Ох… Да…
Закончилось всё внезапно. Мария глухо застонала и обмякла, а следом за ней и Антон. Затем она, не дав парню прийти в себя, начала спешно одеваться и велела:
— Собирайся, дружочек.
— Уже? — растерялся Антон.
— Так у меня же работа, — развела она руками.
— А…
— Послезавтра приходи после пяти…. Побалуемся!
Антон уплывал из поликлиники, насвистывая и улыбаясь своему отражению в стеклянных дверях. На ресепшене Катька подняла глаза от журнала и, проведя им по сияющему лицу, понимающе подмигнула. Якобы говоря: «Ну что, справился, молодец». Антон только кивнул, чувствуя себя не пациентом, а победителем, и выскочил на улицу, где даже серый асфальт казался цветным. Он ещё придёт! Обязательно!