Парни быстро притащили из машины все пакеты с продуктами и разместили их на добротном деревянном столе, на котором уже видны следы от чьих-то ножей, бутылок и горячих мангальных шампуров. Здесь есть где развернуться и закускам, и картам.
Макс и Тоха сразу заняли место у мощных, основательных мангалов из кованого металла с широкими решётками. Шашлыки – это была их ответственная миссия вот уже на протяжении второго десятка лет. Мясо больше никому не доверяли.
Прямо от беседки к озеру ведёт короткий спуск — аккуратно утоптанная тропинка, ведущая к небольшому деревянному пирсу. По этой дорожке вразвалку зашагали Женька и Никита, отягощённые ящиками пива. Проверенная годами схема не должна была отказать и в этот раз: прохладная вода озера – отличный природный холодильник.
Как только бутылки были отданы во власть охлаждающей жидкости, парни вернулись в беседку, где уже пахло дымом и становилось тепло от жара огня.
— А всё-таки круто мы придумали – приехать на озеро, — откупоривая бутылочку пива и отхлёбывая пенку, мечтательно произнёс Никита. – Ведь сколько всего было на этом самом озере, правда, парни?
— Ага, о некотором лучше не вспоминать, — буркнул Женька.
— Тебе вот, Женька, как раз полезно вспомнить всё-всё-всё. Больше у тебя таких приключений не будет, — парировал ему Никита.
— Да ну нах! — донеслось до них со стороны мангала.
Максим что-то потихоньку говорил Антону, а тот прям как будто боевик смотрел с Чаком Норрисом – на месте спокойно усидеть не мог.
— Парни! — прогорланил он. Максим неодобрительно хлопнул его по плечу, но было уже поздно – парни шествовали к мангалу, как оруженосцы со своим обмундированием – бутылками пива и сырной тарелкой.
— Парни, вы только прикиньте, что это чувак учудил. Трахнул Сашеньку, пока мы ехали до Глинок, — вывалил Антон на неподготовленные головы столь противоречивую информацию.
— В смысле, трахнул? — вылупился на него Женька.
— Пальцами. Вот этими, скотина, пальцами, которыми он сейчас жарит наш шашлык! — не унимался Антоха.
— А чё нас не позвал? — Никита начинал въезжать.
— Ага, вас позвать. Бедная девочка и так стеснялась.
— Очень стеснительная оказалась девочка, — гоготнул Никита, — очень стеснялась, но ёрзала на Максовых коленках как шлюшка.
— Ну вы же ничего не заметили! — защищал Сашу Макс.
— Да я думал, ты просто лапаешь её, а вы вон как далеко зашли.
— И чё, кончила? — победило Женькино любопытство, а парни дружно стали ржать и троллить Макса недвусмысленными движениями.
— Кончила.
— Да ну? От одних пальцев? — Женька явно не доверял этой информации.
— Ага, вы посмотрите на эти пальцы – это же пальцы мастера! — Антон схватил Макса за руку, заломал и продемонстрировал парням его растопырённую пятёрню. Гогот стал таким громким, что с соседней сосны сорвалась и полетела птица.
— Да ладно вам, ребят, ну чё у вас такого не бывало? — высвободившись, сказал Макс. — ещё как кончила. Её нежные стеночки влагалища плотно обхватили мой палец в оргазмическом спазме. После секундного напряжения чуть расслабились, а потом ещё несколько раз пульсирующе обнимали его. А потом орошили сей чудотворный палец живительной влагой, манящей соприкоснуться с чем-то волшебным, уносящим на крыльях удовольствия далеко-далеко…
— Далеко-далеко понесло тебя, — перебил его Антоха, и все опять загоготали.
— Да ты поэт, я смотрю, — съязвил Женька. — И много у тебя таких поэтичных историй?
— А разве у тебя таких нет? — Макс хитро уставился на него.
— Ну мы тут все парни не промах, у каждого есть интересная история, — кинулся ему на помощь Никита.
— И вот мы с вами друганы с универа, в болезни и в радости, так сказать, — он ткнул кулаком Женьку в плечо, явно подтрунивая над его статусом жениха, — а друг от друга скрываем что-то?
— Ну не скрываем, просто как-то повода не было, — замешкался Антон.
— А пусть сегодняшний мальчишник будет таким поводом, а? — у мангала повисла тишина, изредка нарушаемая треском горящих углей.
— А чё бы нет! — наконец выпалил Никита. – Слабо?
Он потянулся вперёд, предлагая ударить по рукам.
— Не-а, — раздалось в ответ от Антона, и его рука потянулась к Никитиной. Макс резко протянул руку, и все уставились на Женьку. Видно было, что он мнётся. Но…
Но любопытство и выпитое пиво взяли верх – парни ударили по рукам!