Существует правда одна теория, которую я слышал, о том, что это своего рода хранилище душ сильных воинов и умелых полководцев, они там оттачивают свои навыки в непрерывном сражении, чтобы не растерять. А когда в этом... нашем материальном мире, или даже каких-то других мирах, начинаются кровопролития, то часть душ из долины воинов перерождаются для того, чтобы как-то повлиять на ход этих войн. Не даром во время самых крупных конфликтов на полях сражений так много сильных и талантливых воинов и разных героев.
Но разумеется — это лишь теория. Наверняка об этом знают только сами воины, но они не разговаривают, им не до этого... Хотя попадаются там ТАКИЕ экземпляры, что ведут себя вполне осознанно — эти очень опасны. Тебе повезло что ты с ними не столкнулся — сожрали бы.
Но долина — это так баловство, радует, что куда подальше не забросило...
— Это куда?
— К «Горизонту», например, или «Сумеречные пустоши», на «Мёртвые камни». Вариантов множество — загробный мир он бесконечен как в пространстве, так и во времени, в отличии от мига жизни в живом мире. Хотя именно этот миг и определяет, каким будет твоё существование там... в вечности.
— И это всегда так... плохо?
— Нет, наверное, не знаю... Точнее, я знаю, что есть другие варианты, но там мне бывать ещё не доводилось, всё больше в таких мирках как твоя долина топчусь, но зато я их видел... издалека правда, но видел.
— И как же определяется то, куда ты попадёшь?
— Говорят, что теми страстями, которыми мы тут живём.
На последнем слове он встрепенулся.
— Короче, дело сделано. Проклятье «Касание смерти» с вас успешно снято дорогой вы мой клиент и вы можете жить дальше... до поры до времени. Остались так мелочи, кое-какие последствия яда — побочные эффекты лечения, но с ними как раз целители справятся. Всё. Можете вставать и на выход. Надеюсь вам понравилось ваше небольшое путешествие и наш сервис.
Риал Дайн поднялся, ощущая некую шаткость пола под ногами и тупую боль в груди в области сердца. Рукой он потёр ноющее место, размазав при этом кровь — легче разумеется не стало. Кроме того, в голове творилось чёрт знает что, и временами всё окружающее казалось миражом. Нельзя сказать, что Риал Дайн никогда не думал о своём посмертии, и о том существуют ли те, в кого он верит и кому молится в храме. Но вот вопросами типа: зачем мы рождаемся, как должны прожить отведённое в бренном мире время, как-то не задавался. Раньше это казалось чем-то совсем-совсем несущественным, не особо интересным.
Мгновение физической жизни перед перспективой вечности... вот что в действительности сейчас увидел Риал Дайн. И что теперь ему делать с таким открытием? Эльфа в самом рассвете его жизни, видение, или реальность загробного мира поразила. И нельзя сказать, что приятно, скорее наоборот. Перед его внутренним взором стояла сестра — измождённая бесконечным и оттого бессмысленным сражением... а может ожиданием, когда же это всё кончится.
Механически переставляя ноги, эльф шёл во след человеку и смотрел ему в спину. Среди его народа экземпляры с такими способностями не рождаются и раньше все эти человеческие разборки между собой его не волновали, разве что в чисто бытовом плане, но не более того. А вот теперь после демонстрации того на что способны проклятейники он впервые, пожалуй, задумался откуда в действительности растут ноги у столь масштабного конфликта и каково значение этих людей для мира Аины.
Они вернулись в кабинет, старик по-прежнему сидел в своём кресле, пил вино и читал какой-то толстенный фолиант. При виде вошедших Сточертон невозмутимо поинтересовался:
— Как всё прошло?
— Как всегда. Никто не слушает что им говорят.
Ответил парень бесцеремонный, как и прежде.
Магистр сочувственно покосился на Риал Дайна.
— Будет тебе ворчать Даниэль, если всё удачно — это хорошо, а то что не слушают, так что в том удивительного. Это только ты у нас по загробным мирам как у себя дома по комнатам шастаешь — ты для этого рождён, как говорится. Для других же, для нас обычных смертных это ещё то испытание. Стоит ли удивляться потери контроля над собой.
И уже доверительно Риал Дайну:
— Впрочем, так только в первый раз, потом легче. Правда, другие проблемы появляются... но не суть.
Старик сделал ещё глоток в задумчивости, взгляд его на некоторое время обратился в себя — надо полагать вспомнил что-то неприятное, или очень важное.
Опомнившись же, он поспешно предложил князю кресло и вина, как радушный хозяин, и вообще принялся хлопотать вокруг гостя, стараясь обиходить его и оставить наилучшее о себе впечатление. Тут ему приходилось трудится за двоих, чтобы сгладить впечатление эльфов от общения с его воспитанником. Сам Даниэль демонстративно потерял всякий интерес к гостям, и судя по всему только и дожидался момента, когда захлопнет за ними дверь.