Я поблагодарила её и села за один из длинных столов. Оглядевшись, я заметила несколько книг, стоящих на полках в углу.
Мои пальцы скользнули по корешкам, и я остановилась на том, который привлёк меня больше всего — "Основы магии".
Открыв его, я погрузилась в чтение, страницы шуршали под пальцами, и слова врезались в сознание. В этом мире магия была не просто фэнтези. Она была жизнью, основой всего. И теперь мне нужно было понять её.
Время пролетело незаметно. Часы сменяли друг друга, а я всё глубже погружалась в страницы книги, словно в тайный, невидимый мир, открывавшийся передо мной.
Магия…
Она текла сквозь поколения, передаваясь по роду, но капризно выбирала своих носителей. Иногда она проскальзывала мимо целых ветвей семейного древа, игнорируя одних и неожиданно вспыхивая в других. Почему так происходило? Никто не знал. Это оставалось одной из великих загадок магического мира.
Дар либо появлялся с рождения, либо пробуждался до двадцати одного года. Позже — уже нет. Если он так и не проявил себя, человек оставался обычным, не имея даже шанса прикоснуться к силе стихий.
Основные направления магии
Пять стихий правили этим миром:
Огонь — непокорный, живой, он даровал мощь, но требовал контроля.
Вода — гибкая, изменчивая, способная как исцелять, так и разрушать.
Воздух — лёгкий, неуловимый, наполненный тайнами и свободой.
Земля — основа мира, мощная, как само время.
Некромантия — искусство общения с Гранями потустороннего, с духами и загадками, спрятанными за тонкой завесой жизни и смерти.
Универсалы
Но были и особенные. Редкость среди магов — универсалы, способные владеть несколькими стихиями сразу. Такие рождались раз в столетие, а их сила считалась даром и проклятием одновременно.
Академия магии
Центром обучения магии была Академия. Туда поступали те, в ком пробудился Дар. Обучение длилось пять лет, и каждый студент проходил жесткий отбор на определённый факультет, в зависимости от своей стихии.
Эта книга открывала передо мной дверь в новый мир. Мир, который теперь был моим.
Я — Огонь.
Эта мысль звучала в голове как раскат грома. Огонь — необузданный, яростный, всепоглощающий. Он мог защищать и уничтожать, даровать жизнь или отнимать её. И теперь он был моей сутью.
Но кто в роду Малены обладал таким же даром? В книге не было ответов на этот вопрос. Возможно, это был отдалённый предок, или же Дар пробудился неожиданно, перескочив через несколько поколений.
Я закрыла книгу и задумалась.
Опекун… Лорд Дарел. Кто он мне? Почему именно он?
Если судить по его словам, он взял ответственность за меня до моего совершеннолетия. Но почему? Был ли он просто наставником, другом семьи? Или между его родом и семьёй Малены было нечто большее?
Слишком много вопросов…
Я крепче сжала книгу в руках. Разгадки не приходили сразу, но я знала одно: отныне Огонь — это часть меня. И теперь мне предстояло понять, какую роль он сыграет в моей судьбе.
Мои мысли вдруг прервала служанка, её голос звучал как маленький набат в тишине:
— Леди Малена, к вам посетитель.
Секунды спустя в библиотеку ворвался молодой человек с русым волосами и голубыми глазами, которые не могли не привлекать внимание. Его манеры были уверенными, а походка — быстрой, почти нетерпеливой.
— Малена, любимая, как ты? Я приехал сразу, как только узнал, — его голос был мягким, но в то же время наполненным настойчивостью. Он подошёл ко мне, обнял меня, но я лишь чувствовала его прикосновения как далёкое эхо.
Жених... — пронеслось в голове, но я не могла понять, что чувствую. Передо мной стоял юноша, который явно знал себе цену: безупречная одежда, тщательно уложенные волосы, изысканный стиль. Он был таким, каким должен быть идеальный жених.
Он продолжал что-то говорить, но я не могла сосредоточиться на его словах. Смотрела на его лицо и ощущала лишь странную пустоту.
— Ты слышишь меня? — его голос стал настойчивым, и я почувствовала, как он схватил меня за плечо, подталкивая к ответу.
Ард, — наконец вспомнила я, — да, это был он.
— Ард, не тряси меня, — сказала я, сделав шаг назад. Чувствовала, как его присутствие внезапно становится невыносимым.
Он запнулся, недоуменно взглянув на меня. В его глазах мелькнуло что-то, что заставило его бровь чуть неотвратимо подняться вверх. Неужели?
Значит, я была податливой.
Его голос вернул меня в реальность, как холодный душ. Я даже не успела сообразить, когда именно он стал для меня таким важным. Его вопросы — резкие, прямые — заставили меня внутренне напрячься, но внешне я оставалась спокойной.