Глава 4
В комнату вошёл высокий мужчина в простом, но дорогом одеянии. Его волосы были серебристыми, седина подчёркивала возраст и мудрость, но в черных глазах не было ни тени усталости — лишь глубокий, проницательный взгляд, словно видящий насквозь.
— Малена, наконец-то вы проснулись, — его голос был низким, спокойным, но с нотками облегчения. — Мы уже ожидали самого худшего… - Как вы?
Я не успела ответить, как он мягко положил ладонь на мой лоб.
Тепло.
Оно разлилось по моему телу мягкой волной, растекаясь по каждой клетке, унося остатки боли, будто вымывая её изнутри. Оно было не просто приятным — оно приносило покой, чувство безопасности, которое я давно не испытывала.
— Уже намного лучше, — прошептала я, прислушиваясь к себе.
Мужчина чуть кивнул, но его взгляд вдруг потемнел. На мгновение он замер, словно подбирая слова, прежде чем произнести:
— Мне жаль, что погибли ваши родители…
Тишина в комнате стала почти осязаемой. Слова повисли в воздухе, холодные и беспощадные, и в груди что-то сжалось, словно старый, но не заживший шрам дал о себе знать.
В голове пронеслась единственная мысль: мои родители давно умерли…
Но прежде чем я успела разобраться в странности этих слов, мои глаза опустились на руку, которую я с трудом приподняла.
Не моя.
Слишком худая, с длинными, изящными пальцами, похожими на тонкие нити серебра. Лёгкая дрожь прошла по телу, словно предупреждение, словно сам воздух вокруг изменился.
— Зеркало, — выдохнула я, — дайте зеркало.
Молча мне подали резную серебряную раму с гладкой поверхностью, которая отражала нечто чужое.
На меня смотрела незнакомка.
Огненно-рыжие волосы рассыпались мягкими волнами, отражая свет так, словно внутри них жило пламя. Глаза — тёмно-коричневые, почти чёрные, глубже ночи, полные невыразимой тени. А кожа… бледная, белая, как первый снег.
— Не может быть… — губы дрожали, но это были не мои губы.
— Увы, миледи, это правда.
Я подняла взгляд — седой мужчина смотрел на меня с печалью и пониманием.
— Они погибли. Вы выжили лишь благодаря своему Дару Огня, который пробудился…
Я слушала, но слова проходили сквозь меня, не находя опоры. Голова закружилась, мысли рассыпались, мир стал зыбким, будто реальность вот-вот рухнет.
Резкая боль.
Она вспыхнула в черепе, пронзила насквозь, заставила вскрикнуть.
— Малена… — голос мужчины стал мягче, но в нём звучала неизбежность. — Я соболезную. Но вы должны жить… ради себя.
Он сделал паузу, а затем добавил:
— И ради Лорда Дарела.
Имя, которое я услышала, пронзило меня ледяной иглой.