Глава 28
Поселение казалось вымершим. Ни звука, ни движения. Лишь застывший воздух, пропитанный чужой болью, и пустые окна домов, глядящие на нас черными глазницами.
Я чувствовала, как внутри сжимается что-то холодное. Даже птицы не пели, даже ветер не шевелил ветви.
И вдруг — плач.
Тонкий, дрожащий, надрывный, он пробился сквозь мертвую тишину, как единственная живая нить в этом застывшем мире.
Мы бросились вперед.
Дарел первым заметил слабое голубоватое мерцание у одного из домов. Его магия Воздуха сверкнула в ответ, словно узнавая родственную силу.
— Это защитный кокон, — тихо сказал он, протягивая руку к свету. — Дар, пробудившийся в страхе...
Мы ворвались в дом.
Под старой деревянной кроватью, среди потрескавшихся половиц и кусочков ткани, свернулся маленький комочек. Личико в пятнах от слез, крошечные пальчики судорожно цепляются за край подола.
— Боже мой… — прошептала я и, опустившись на колени, осторожно протянула руки.
— Тише, малыш, — мой голос дрожал. — Ты в безопасности.
Ребенок вздрогнул, вскинул на меня огромные, наполненные страхом глаза.
А потом разрыдался еще сильнее.
Я подхватила его, крепко прижала к себе, чувствуя, как его крохотное тело содрогается от рыданий.
— Тише, мой хороший… — шептала я, поглаживая тонкие светлые волосы. — Все хорошо, ты не один…
Но я тоже плакала.
За него.
За этот опустевший мир.
За то, что мы опоздали.
Малыш дрожал в моих руках, вцепившись крошечными пальчиками в мою одежду, словно боялся, что я исчезну, как и все вокруг.
Дарел встал рядом, его лицо потемнело от напряжения. Он снова посмотрел на мерцающую магию, которая все еще окутывала ребенка тонким, едва заметным ореолом.
— Он пробудился в страхе, — сказал он глухо. — Даже не осознавая, защитил себя. Но... где его родители?
Я провела рукой по мягким волосам мальчика.
— Малыш, как тебя зовут? — спросила я тихо, но он лишь всхлипнул, прижимаясь сильнее.
Дарел огляделся, затем его пальцы сжались в кулак.
— Здесь кто-то был. Магия ощущается... Но я не знаю, ушли они добровольно или их забрали.
Сердце сжалось от дурного предчувствия.
— Надо осмотреть деревню, — твердо сказала я.
Мы вышли наружу.
Тишина была по-прежнему зловещей. Снег под ногами неестественно чистый — ни следов, ни признаков борьбы. Лишь пустота.
Дарел поднял руку, пытаясь ощутить что-то невидимое.
— Это не просто нападение, — его голос стал жестким. — Это... поглощение.
Я непонимающе посмотрела на него.
— Ощущение, будто само пространство стерло людей. Они не просто ушли. Они исчезли.
Я прижала малыша крепче, чувствуя, как его слабенькие пальцы цепляются за меня.
— Мы должны уйти отсюда, — сказала я шепотом. — Немедленно.
Дарел медленно кивнул.
Мы осторожно двинулись дальше, держа мальчика между собой, словно оберегая его от невидимой угрозы. Воздух был густым, словно наполненным чужими шепотами, и на душе становилось все тревожнее.
— Дарел, — позвала я, глядя на застывшие дома. — Почему нет ни следов, ни тел?
Он остановился, склонив голову, словно прислушиваясь.
— Магия Поглощения, — ответил он наконец. — Ее редко используют, потому что она разрушительна даже для самого мага. Это не просто убийство... Это стирание.
Я сжала мальчика крепче. Он уже не плакал, но прижимался ко мне всем телом, цепляясь маленькими пальцами за мою одежду.
— Но он остался, — напомнила я.
Дарел кивнул.
— Возможно, его защита сработала в последний момент. Или... его кто-то скрыл.
Он шагнул вперед, и вдруг вокруг него вспыхнули призрачные отблески магии. Я почувствовала, как пространство дрогнуло, словно мы задели невидимую паутину.