Ард посмотрел на меня, будто оценивая мою решимость, а затем коротко кивнул.
Малыш посмотрел на меня
- Маленький мой, как тебя зовут?
Малыш крепко сжал в кулачках ткань моей одежды, доверчиво уткнувшись мне в плечо. Его маленькое тельце ещё дрожало, но он был храбр — я это чувствовала.
- Саур - сказал он.
— Саур… — повторила я мягко, поглаживая его по спине. — Какое красивое имя.
Ребёнок прижался ко мне крепче, затем осторожно поднял голову, глядя на меня огромными глазами цвета расплавленного золота.
— Солнышко, не бойся, — шепнула я. — Что ты помнишь перед тем, как спрятаться?
Саур задумался, его крошечные пальчики вцепились в ткань моего плаща.
— Бабушка сказала, чтобы я не выходил, — его голосок был тихим, но удивительно уверенным. — Она… она накрыла меня пледом и велела ждать.
Я кивнула, мягко перебирая его волосы, давая понять, что он в безопасности.
— А что было до этого?
Саур нахмурился, напрягся, будто пытался вспомнить.
— Люди кричали, — прошептал он. — Потом пришли тёмные. Я их чувствовал… как тень от солнца. Они забрали маму… и папу…
Я почувствовала, как у меня сжалось сердце. Дарен, стоявший рядом, напрягся, а Дарел едва заметно сжал кулаки.
— Но ты спрятался, — сказала я мягко. — Ты молодец, Саур. Ты сильный.
Малыш кивнул, прижимаясь ко мне.
— Я ждал тебя, — прошептал он.
Моя душа словно дрогнула.
Я посмотрела на мужчин.
Ард внимательно посмотрел на Саура, затем на меня. Теперь его дом — с нами.
Саур вскинул на меня свои огромные золотистые глаза. В них плескалась смесь детской невинности и чего-то необъяснимо древнего, как будто он знал больше, чем мог бы помнить трёхлетний ребёнок.
— Я не знаю… — прошептал он, глядя на меня так, будто искал ответ в моих глазах. — Просто знал, что ты придёшь.
В его голосе не было сомнений, не было колебаний. Эта уверенность заставила меня затаить дыхание. Я осторожно смахнула слезинку с его щеки.
— Ты знал? — повторила я, пытаясь разобраться в ощущениях.
Саур кивнул и сжал мои пальцы в своих крошечных ладошках.
— Бабушка говорила, что придёт Тень, но добрая. Она не причинит мне боли. Она защитит.
Я вздрогнула. Тень… добрая? Я знала, что имею склонность к теневой магии, но никто и никогда не называл её доброй.
Ард шагнул ближе, его взгляд стал напряжённым.
— Кто была твоя бабушка, Саур?
Мальчик замер, затем медленно ответил:
— Она знала звёзды.
Я посмотрела на Арда, Дарела и Дарена — все трое поняли, о чём идёт речь. Предсказательница.
Саур снова прижался ко мне, будто пытался укрыться от чего-то невидимого.
— Ты моя, — прошептал он, зарывшись лицом в моё плечо.
Эти слова отозвались во мне эхом.
Дарен склонился ближе, его глаза потемнели.
— Он связан с тобой, Малена. И это не просто случайность.
Саур задумался, маленькие пальчики сжали ткань моей одежды.
— Она говорила, что Тень и Свет — это одно целое. Что нельзя уничтожить одно, не ранив другое. Что когда всё вокруг погрузится во мрак, появится та, кто увидит свет сквозь тьму…
Его голос звучал не по-детски серьёзно. В комнате повисла тишина.
— Это пророчество, — сказал Ард, обводя нас внимательным взглядом. — Я слышал нечто похожее в древних текстах.
Дарен прищурился:
— Ты хочешь сказать, что мальчик связан с Маленой не случайно?
— Не просто связан, — Ард посмотрел на меня. — Он её ключ.
Я вздрогнула.
— Ключ к чему?
Саур тихо прошептал:
— К тому, что грядёт.
Мои пальцы невольно погладили его волосы.
— Ты помнишь что-то ещё, маленький?
Саур кивнул.
— Бабушка сказала, что тебе будет больно… но ты не сломаешься. Ты сильнее, чем думаешь.
Дарел выдохнул, качая головой.
Я посмотрела на Саура. Его доверчивый взгляд, детские ручки, сжимающие мою одежду.
— Бабушка сказала, что когда ты придёшь, путь начнёт открываться, — совсем не по- детски, продолжил Саур, опустив взгляд. — Но он будет трудным… и не все дойдут до конца.
Эти слова заставили меня внутренне напрячься. Я чувствовала, как напряжение в комнате нарастает. Дарен и Дарел обменялись взглядами, Ард склонил голову, будто что-то обдумывая.
— Это знание… слишком древнее, — тихо проговорил Ард. — Если его передавали детям, значит, оно важно.
— Но что это значит для нас? — спросил Дарел. — К чему этот путь?
Саур поднял на меня глаза.
— Ты должна вспомнить.
Я вздрогнула.
— Что вспомнить?
— Кто ты.
Комната будто сжалась вокруг меня. Моё сердце застучало быстрее.
— Я и так знаю, кто я.
Саур медленно покачал головой.
— Нет, ты помнишь только часть.
Я судорожно вздохнула. Дарен шагнул ближе, положил руку мне на плечо.
— Малена, — его голос был мягким, но настороженным. — Мы разберёмся. Не бойся.
Я посмотрела на Саура.
— Что мне нужно сделать?
Мальчик прижался ко мне, будто и сам не знал ответа.
— Бабушка говорила… что ты сама всё поймёшь.
Я закрыла глаза, пытаясь осмыслить сказанное. Грядёт что-то важное. Что-то, к чему меня готовила сама судьба.
И я была к этому не готова.
Стало не по себе.
Эти слова, прошептанные устами маленького Саура, словно отголоски древнего пророчества, проникали в самое сердце, вызывая холодок ужаса и трепет одновременно. Его невинный голос, полный странной мудрости, напомнил мне о Тени, которая в виде человека убила меня на Земле, о даре, что Малена призвала, но который смогла удержать только я – ибо истинная Малина была выжжена до пепла даром Черного Огня.
В этом хаосе боли и утрат, в огненном пламени, которое было и проклятием, и благословением, соединилась и целительская сила, тихо пульсирующая в моих жилах, дающая надежду на исцеление и возрождение. А Саур, этот маленький мальчик с глазами, полными загадок, ждал меня, будто предвещая, что моя судьба переплетена с его судьбой навсегда.
Столько вопросов. Почему Дар, который я однажды потеряла, вновь преследует меня? Может, это знак, что я должна принять свою новую сущность, объединить в себе и свет, и тьму? Каждый миг казался наполненным древней силой, каждый вздох — эхом былых судеб.
Я прижала Саура к себе, чувствуя, как его маленькое сердце бьется в такт моему, и понимала: в этом крошечном существе заключена искра новой надежды, единственный знак того, что даже в самых мрачных тенях может вспыхнуть свет.
Сквозь боль и усталость я подняла глаза к небу, где пробивались первые лучи рассвета, и тихо сказала себе:
— Я должна жить, чтобы ответить на все вопросы,
потому что именно сейчас, в этом моменте, когда прошлое и будущее сливаются воедино, я нашла смысл бороться, чтобы обрести свою истинную сущность и просто жить...