***
— Алиска приехала! — воскликнул дед, стоя около забора.
Зайдя в родной деревянный дом, выдохнула и скинула обувь, проходя в гостиную, где сидела бабушка, смотря сериал и бубня, что главная героиня полная дура, которая не знает, что делать. Эта старушка до такой степени вселила в меня любовь к миру, что за год я поменялась в лучшую сторону, что отметили родители и выразили благодарность женщине, которая целыми летними днями была со мной.
— Бабушка...
Прошептав, подошла к маленькому креслу, где располагалась бабушка. Та повернула голову и ахнула, откладывая спицы и клубок шерсти в сторону.
— Неужели сама Алиса решилась навестить старуху, которая погибает тут со скуки?
— Если бы не родители, то не приехала бы, — грустно улыбнувшись, я обняла родного человека.
***
Ночь с субботы на воскресенье пролетела, как одно мгновение. Не хотелось расставаться с молоком, с вареньем из малины, не хотелось просто уезжать из такого шикарного места. Сам посёлок находился в поле, рядом был небольшой лес, где мы собирали грибы.
Вернувшись в город, я приняла душ, поговорила с подругой по телефону и сделала вывод — с Рудаковой больше, чем пять минут, разговаривать категорически нельзя. Хотя знала это и раньше, но мои догадки подтвердились, ибо после пятой минуты начнёт болтать всё про всех, и тогда её не остановишь.
Понедельник наступил быстрее, чем можно было себе представить. Ну конечно. Упустила любимое кино, которое шло всего лишь полтора часа, не успела приготовиться к занятиям, зато успела поговорить с подругой о ерунде, которая никак меня не касалась. Здорово.
Будничный понедельник закончился и наступил вторник, который оповещал важную новость: отменили две пары. Из четырех, приду лишь на две, одна из которых — философия, а потом история. Отлично. Такие новости просто не могут не радовать.
***
Неделя пронеслась быстрее, чем я думала. Ночи короткие, дни длинные, муторные и скучные. Не хватало семи часов, чтобы выспаться, поэтому приходилось досыпать на паре, хотя бы пятнадцать минут, пока учитель настраивает аппаратуру, чтобы показать презентацию, или говорит с каким-то преподавателем.
Наступила пятница. Знаете, что заметила? Что целую неделю не видела Суворова, которого не было на парах истории, искусства и, тем более, физкультуры. Меня это удивило, поэтому после пар подбежала к Диме, который являлся его лучшим другом.
— Дима, ты можешь отвести меня к Артёму?
Его брови моментально взметнулись вверх, и он захлопнул книгу, которую читал, пока не подошла к нему.
— С какой это радости?
— Срочное дело, — ложь чистой воды. Какое срочное дело? Напомнить, что он обещал мне кое-что рассказать? Глупо, но вдруг прокатит?
— Тогда поехали.
***
Дорогой автомобиль припарковался у двадцатиэтажного дома. Колганов заглушил мотор, и мы вышли из машины, идя к этому самому зданию. Дима нажал какие-то три кнопки, дверь отворилась. Бубнила себе под нос о том, что он какой-то ненормальный, ибо без ключа это открыть нереально, а на все мои реплики он лишь угукал и вздыхал.
Поднявшись на последний этаж, судорожно выдохнула. Наконец-то лифт довёз нас до пункта назначения. Колганов указал рукой на квартиру. Пропустил меня вперёд. Резко нажала на звонок.
По ту сторону квартиры послышалось копошение. Что-то упало, кто-то выругался, а главное, голос был мне незнаком. Это не Артём, уверена на двести процентов. В скважине повернулся ключ. Огромная железная дверь отворилась, и передо мной предстала брюнетка, которая стояла в одной футболке.
Почему она в одной футболке, чёрт возьми?
— О, Димыч, а ты чего тут?
Девушка не обратила на меня ни малейшего внимания, что заставило закатить глаза и слушать их диалог.
— Где Тёма?
— Спит по-моему, не знаю. Точно могу сказать, что он дома, хочешь позову? Вы заходите, не стойте на пороге.
Испугавшись, я застыла на месте, но слабый толчок в спину заставил шагнуть в квартиру, в которой было темно и страшно. Свет мгновенно включился, когда мы зашли, что заставило обрадоваться и стоять ждать, пока хоть кто-то начнёт объяснять, что здесь творится.
Из какой-то комнаты вышел парень, который потягивался, зевал и потирал глаза. Не составило труда узнать его. Пижамные штаны Суворова неприлично висели на бёдрах, что заставило меня смутиться и опустить взгляд в пол.
— Алиса? Дима? Что вы здесь, блять, делаете?