- Кощунство! - взвивается одна из дриад, делая красноречивый замах клинком. Еще пара других - сильнее натягивают тетиву своих луков, направляя кончики стрел на мужчину. - Возмутительно!
- Оставьте! - повелительно вскидывает руку Ириль, - Чародей надолго нас не задержит. Забирай, за чем пришел, и иди дальше своей дорогой.
- Вот так просто? - мужчины красиво изгибает одну бровь. Вроде как удивляется, но это не кажется искренним. - И даже не хочешь поторговаться? Ним?
Я реагирую на звучание своего имени слишком ярко и открыто - поворачиваюсь всем корпусом к чародею и гляжу прямо в устремленные на меня насмешливые, но проницательные глаза.
- Ты ведь понимаешь, о чем идет речь, не так ли? - негромко спрашивает он.
- Это странно, но, кажется, да. Понимаю, - нехотя цежу я сквозь зубы. И снова поворачиваюсь к Королеве и вопросительно гляжу уже на нее.
- Ты снова ослушалась, дитя мое, - качает головой моя Королева, - Но, может быть, оно к лучшему.
- Мудрая Ириль? - жалобно зову я наставницу охрипшим из-за внезапно пересохшего горла голосом, - Что это значит? Что ты имеешь в виду?
- Прости, девочка моя. - странно, но я не слышу у наставницы ни капли сожаления, - Но ты приглянулась этому человеку. А у нас, к сожалению, договор. Если бы ты не повела себя настолько самонадеянно и глупо, этого, может быть, и не случилось. Но, наверное, такова судьба…
Не понимаю… что значит - приглянулась? Что за договор? И при чем тут судьба?
- Видимо, на временное пристанище мне надеяться не стоит, да, Королева? - в очередной раз усмехается мужчина, - Но, надо признаться, я не ожидал, что все обернется настолько скоро и просто. И, если никаких вопросов и претензий нет, я, пожалуй, заберу свою дриаду и действительно пойду дальше.
- Прекрасно, - кивает Мудрая, повергая меня в шок еще сильнее, - Чем быстрее ты это сделаешь, чародей, тем лучше. Ведь ты прав - в обители леса тебе не рады.
- Я понял тебя, - совершенно спокойно, как будто ожидая подобного, отвечает мужчина и снова опускает свою ладонь на мое плечо, властно притягивая к себе. - Как я понимаю, никаких личных вещей у этой девочки нет?
- Как только Ним покинет лес, она перестанет быть нашей сестрой.
- Это жестоко. Но практично. Всегда поражался этим чертам вашей натуры. Ну, раз так, не смею больше забирать твое внимание, Мудрейшая. Ним? Идем.
- Но… Как же так… - пытаюсь осознать я увиденное и услышанное.
- Все просто, - отзывается почему-то чародей, - Если захочешь, я расскажу тебе о твоем народе. Но позже. Нам здесь не место. Теперь не только мне, но и тебе.
Все внутри меня протестует против этого заявления. Я оборачиваюсь, выхватываю взглядом лица своих сестер и подруг - всех тех, с кем меня связывает столько лет дружбы и жизни, учебы и воспоминаний. И особенно - моих наставниц, чье мнение всегда было для меня превыше всего. И после всего - они с такой легкостью отворачиваются от меня и отказываются?
И почему?
Я далеко не умная, но все же понимаю и могу сложить пазл в своей голове. Это же очевидно - не просто так этому мужчине открыт путь в деревню дриад. И не просто он с такой легкостью общается с самой Королевой. У него есть некое право - и все об этом знают. Ириль идет ему навстречу и не отказывает в самом, на мой взгляд страшном - в спокойном и равнодушной предательстве одной из своих подопечных. То есть - меня.
Королева отдает меня чародею - просто так, как какую-то вещь. Причем даже не оружие - не лук и не клинок. А как… чашку, например. Или кусок сухой древесины.
Во мне с необычайной силой борются два желания - воспротивится этой жестокости и одновременно - подчиниться смутному желанию последовать за чужаком.
Мне, конечно же, неизвестно, по какому это договору происходит подобное. И мне действительно интересно, почему после всех строгих наказов Мудрая совершает подобное, на мой взгляд, преступление.
И на этот раз - никакой поддержки. Даже моральной. Ни в глазах своих сестер, ни в их действиях.
Разве могла ли я хоть когда-нибудь, хоть на секунду представить, что такое возможно?
Конечно, нет. Но это происходит. Прямо сейчас.
А это значит - подобное возможно.
И я в ужасе.
В ужасе от осознания свершившегося предательства. В ужасе от неизвестности.