И все же… позволяю себе слабость.
Зачем?!
Встаю, обхожу стол и присаживаюсь рядом с Викой так, что ее правая нога оказывается за моей спиной. Продолжаю смотреть на мокрое лоно, захлебываясь слюной.
Вылизать бы, чтобы верещала на языке.
Взяв влажную ладонь Вики, вывожу из влагалища и кладу на клитор. Лапушка мягко рисует круги на чувственной точке, постанывая громче. Сую ей два пальца в рот. Облизывает, доводя меня до исступления. Двигаю ими будто членом, на всю длину. Мягкий рот, кайфовый. Фантазии разрастаются, затягивая все глубже в порочные желания. Медленно убираю руку, глядя, как тянется нить слюны, прерываясь прозрачной каплей на красивой груди.
Трогаю малышку между ног. Соприкасаемся, переплетаемся ладонями. Перебираю бархатные складки, веду пальцы вниз до покрасневшего входа и наблюдаю, как погружаюсь ими в горячее нутро, не замечая своего полурыка, и испарины на висках. Проталкиваю до конца, возвращаясь взглядом к лицу девчонки. Мечется, вертит головой, зажимая другой рукой грудь, оттягивает сосок. Трет себя в точке сосредоточения нервных окончаний.
Хочу ее поцеловать. В рот ее порочно-сладкий. До зуда во всем теле. А потом заполнить собой до предела и трахать не переставая сутками. Неделями, блять!
— Пожалуйста, Юра… Пожалуйста, — скулит, ерзает бедрами
Свободной рукой прижимаю Вику к дивану и двигаю пальцами во влагалище из стороны в сторону так быстро, будто разрабатываю под себя. Девочка переходит на крик. Резко убираю из нее руку, пожирая взглядом потекшую из лона смазку. Слизываю с пальцев соки лапушки, наслаждаясь как нарик, и проделываю все еще несколько раз. Довожу девчонку до края и останавливаю. Торможу.
— Подрочи мне.
Превратившись в оголенный нерв, Вика ничего не соображает. Глядит на меня просящими мутными глазами, постоянно облизывая губы. Мне нравится. До потери контроля, которым горжусь. Такой искренности в желаниях и демонстрации чувств по отношению ко мне ни у кого не видел. Открытый малыш. Доверчивый. Светлый, хоть и с дурнинкой.
Помогаю ей справиться с ремнем, в нетерпении сам стягиваю штаны и боксеры. Встаю боком, опершись на одно колено. Вика обхватывает ладонью член, и меня прошивает дрожь по всему телу, от пяток до макушки. Она водит слишком бережно по стволу, покрывая его своей смазкой. Кладу ладонь поверх ее и показываю как хочу, сильнее сдавливаю, чуть сжимая на уздечке.
— Теперь сама.
Ныряю рукой в заждавшуюся промежность. Играю с ней, перебирая лепестки пальцами, надавливая на клитор. Вхожу в ее нежное тугое лоно и двигаюсь, в такт движению ладони на члене.
Тело сводит от напряжения, толкаюсь в кулачок лапушки. Перед глазами мушки, в ушах гудит кровь, разогнавшись до предела.
— Бо-о-же! — вскрикивает Вика, утягивая меня за собой в нирвану оргазма.
Кончаю на аккуратную упругую грудь, чувствуя, как импульсами сжимаются стенки вагины на пальцах.
Потрясающе. Я от полноценного секса не получал такого кайфа, как от того, что произошло сейчас.
Привожу себя в порядок, взяв салфетки из выдвижного ящика письменного стола. Вытираю Вику. Она, не меняя позы, сидит, наблюдая за мной из-под полуопущенных пушистых ресниц. Опустошена, вымотана эмоциями. И пьяна, блять.
Не понимаю, что за дичь творю, но… Снимаю рубашку, кутаю в нее Вику. Ложусь сам и укладываю малыша головой на плечо. Обнимаю, глажу по волосам, целую темную макушку, прикрыв глаза. Девочка вырубается сразу, что не удивляет, а я какое-то время думаю свалить, но так и засыпаю с ней в объятиях.
Глава 15
ВИКТОРИЯ
Просыпаюсь от дикого желания пИсать, пить и… перестать потеть. Причем не знаю, какого из тройственного звиздеца, как сказала бы Люська, хочу больше.
Нос и губы щекочут жесткие волоски на груди Ленского. Я спеленована его ручищами до состояния Щелкунчика. В общем, не двинуться.
Пробую осторожно выбраться, но Юра тут же усиливает хватку, прижимая к себе, целуя в темечко во сне. Блин, это так приятно, что хочется смеяться и плакать одновременно. Эта неосознанная им защита разрывает мне душу от нежности.
Задираю голову и смотрю на мужчину. Во сне черты его лица мягче. Между бровей заметная мимическая морщинка. Часто хмурится? Роскошные смоляные ресницы, длиннющие до чувства зависти. Родинка на скуле и еще мелкая россыпь на щеке. Жесткая щетина. Не отталкивающая, правильная, что ли… Юре очень идет.