Валяясь в кровати, просматриваю ленту в соцсети, умышленно пропуская философские и грустные посты. Уделяю внимание только веселым видео и смешным изречениям. Так и вырубаюсь полная надежды добиться завтра встречи с Ленским. А под настойчивую мелодию “Kick Me” Plus One открываю утром глаза.
Люська звонит. Я на нее ставлю своих фаворитов.
Потягиваюсь с улыбкой, задрав руки над головой. Солнечные зайчики прыгают по глазам и носу, вызывая желание чихнуть. Тонкий тюль раздувается как парус от сквозняка. Голубое небо красуется без пушистого манто из облаков.
— Мне глясе и круассан с вишней, — перекатываюсь набок.
— Заказ принят, — смеется подруга. — Жду через час в парке на Семеновской. Через три у меня экзекуция в салоне красоты.
— Сочувствую, — поднимаюсь с кровати, почесывая затылок. — Буду.
Втыкаю наушники. Врубаю на всю любимый плейлист и скрываюсь в ванной.
Из дома выхожу в обтягивающей белой футболке и короткой юбке-фонарике нюдового цвета на широком поясе. На ногах бежевые босоножки на шпильке с ремешками до половины икры. Волосы собраны на макушке в хвост. Мейкап минимален: тушь и розовая помада.
Через тридцать минут уже мчу по проспекту к парку, подпевая хитам.
На парковке ставлю тачку на сигнализацию и дефилирую к кафешке у прогулочной зоны. На похотливые взгляды проходящих мимо мужиков не обращаю внимание. Мои глаза смотрят строго вперед, а в ушах продолжает будоражить кровь классная музыка.
— Бессердечная! — угорает Люся, встречая меня на веранде. — У сильного пола шеи поскручивались.
Фыркаю, махнув рукой.
— Я не теряю надежды поработить твоего силовика. Если на днях у меня не будет диплома, то все мои планы рухнут, оглушительно вдарив по мечтам свалить за бугор, — просматриваю меню, а официант приносит мне ровно то, что я заказала в шутку по телефону.
— Приятного жопонаращивания, — стебет подруга на мой немой вопрос.
— Гадю-ю-юка, — растягиваю слово, но с самым милым видом подношу к губам трубочку и втягиваю холодный сладкий напиток.
— Стараюсь соответствовать, — гордо выпячивает грудь с надписью на футболке: “Целовать можно. Трогать нельзя”.
За соседний столик присаживается компания из четырех парней. Обычные. По шмоткам середнячок, но стрижки вполне в тренде. Не качки, а один и вовсе любитель углеводов.
Мажу по ним взглядом. Их заинтересованность отчетливо читается, но не подкатывают Фаберже сразу. Только это не надолго. Все они одинаковы, и все с одной целью.
— Как думаешь, может, рванем за город на пару дней… — Люська смахивает пальцем сообщения в мобильнике, продолжая говорить со мной.
— Как дела? — раздается справа, от того столика с парнями. Самый смелый, видимо, активизировался.
— Отлично, — включает режим флиртуньи подруга.
— Не хотите познакомиться с хорошими ребятами? — темноволосый Ромео в темно-синей футболке зачесывает пятерней назад волосы, красуясь широкой улыбкой.
— Нет. Мы по плохим тащимся, — встреваю в разговор и красноречиво смотрю на Люську.
Что на нее нашло? На хрена ей эти лохопеты?
— Исправимся. Я Александр, можно Саша. Мои друзья: Денис, Толик и Женя, — представляет спутников разговорчивый.
— Я Людмила, а это Вика, — наматывает прядь русых волос на палец Земцова.
Ну, куле-а-ама!
— А Викуся всегда такая злючка?
То, как он произносит мое имя, ввинчивается в мозг самым болезненным буром. Замираю, глядя на Люську, в глазах которой испуг и жалость одновременно. Впадаю в состояние прострации, фокусируясь на одной точке перед собой.
— Мальчики, а не пошли бы вы на х... — не успеваю процедить сквозь зубы, как меня перебивает Люся.
— Эй, Вик. Пойдем. Не надо, — кладет ладонь на мою.
Извинившись перед козлами, Земцова рассчитывается и, схватив меня за руку, уводит вглубь парка.
— Прости, если они тебе понравились, а я… — морщусь от досады, восстанавливая душевное равновесие.
Больше всех в мире я люблю Люську. Ради нее жрала снег зимой, чтобы болеть за компанию; падала с велосипеда, чтобы ей было не обидно; рисовала ночами плакаты и писала кричалки, когда она выступала чирлидершей; ползала по-пластунски у подъезда ее бывшего парня, когда она заподозрила его в прогулках с другой девочкой; отдавала трусы, когда у нее намечалось спонтанное свидание, а она оказывалась не готова… Много всего было, но я не прочь отдать больше. Даже если это на грани моих возможностей.