Мысль выйти замуж в канун Рождества меня восхищала. Правда, если мы намерены устраивать праздник дома, надо прежде решить вопрос с отоплением, иначе гостям придется веселиться в пальто, подумала я.
– Может, приедешь к нам на ужин? – предложила я. Если поблизости бывал Нельсон, Габи всегда старалась себя вести более или менее разумно. – Мой рабочий день заканчивается в шесть, а Нельсон вернется с занятий по виноделию около восьми.
– Если ужин приготовит он, тогда – конечно! – воодушевленно произнесла Габи. – Кстати, я хотела спросить у него, сможет ли он достать к нашей свадьбе живых коз. – Она чем-то застучала и задумчиво повторила: – Нельсон… козы…
– Как раз и спросишь. – Мой взгляд упал на пометку в раскрытом ежедневнике. – О! Имей в виду: еще приедет Роджер – попробую сделать ему маникюр.
Габи хмыкнула. Даже те, кто водил с товарищем Нельсона, Роджером, настоящую дружбу, не могли не замечать его вопиющей неряшливости. Поэтому-то он, наследник предприятия по производству сидра, с личным счетом в банке и не лысый, и ходил по сей день в холостяках. Однако беда заключалась не только в его неопрятности.
Сложно описать Роджера Трампета человеку, который ни разу его не видел. Скажем так: если Нельсон – золотистый ретривер, а Джонатан – прекрасно воспитанный ирландский сеттер, то Роджера можно сравнить лишь с самым старым и понурым из маминых бассет-хаундов. На вечеринках он мог минут за двадцать влить в себя бутылку вина, причем бросая на всех злобные взгляды. От него так и веяло хандрой и несчастьем.
Несмотря на это, мне он нравился, как, разумеется, и Нельсону. В конце концов, я могла испытывать на Роджере любой свой новый метод по улучшению мужчины. Увы, на него они действовали весьма недолго.
– Надеюсь, Роджер тебе заплатит,– неодобрительным тоном произнесла Габи. – Будь понаглее, а то тобой всю жизнь будут пользоваться!
Скажите пожалуйста! Всякий, кто затевал обратиться ко мне за помощью, считал своим долгом сначала дать совет: не позволяй собой пользоваться!
– Да, разумеется, миссис Ламли! Мы отправим вам ключи с курьером сегодня же! – вдруг сказала Габи.
По-видимому, в эту минуту с весьма затянувшегося перерыва на ланч вернулся ее начальник, Хьюи. Пришлось нам на том и закончить беседу. Я вновь занялась почтой.
Оказалось, что конверт, подписанный от руки, который сразу обратил на себя мое внимание, был от владельца моего офиса, Питера, премилого пенсионера, бывшего учителя-скрипача. Он жил в Стоуон-Волд, но теперь, как сообщал в письме, хотел купить небольшой домик на Сицилии, куда все время сбегал в мечтах, когда тридцать лет подряд слушал, как дети вымучивают «Братца Жака». Он не желал «остаток своих дней жить в зависимости от центрального отопления».
«Как здорово!» – подумала я, но тут до меня дошло, что паковать чемоданы, может, придется не только Питеру.
Я взяла второе шоколадное печенье. Питер писал, что, если продаст квартиру в Пимлико, приобретенную много лет назад за пять тысяч фунтов, его мечта осуществится, но выставлять меня вон теперь же он не намеревался и предлагал подумать, не хочу ли я выкупить офис. Если я согласна, мне надо связаться с агентством недвижимости, через которое я нашла эту квартиру. В противном случае через месяц Питер позвонит туда сам и станет искать другого покупателя.
Агентство называлось «Дин и Дэниелс». Я сама там работала перед тем, как его выкупила и присоединила к себе фирма «Керл и Поуп». Вы наверняка подумаете: раз ее жених играет в этой организации далеко не последнюю роль, вдобавок руководит крупнейшим европейским проектом, значит, ей не составит большого труда с его помощью приобрести свой офис. Увы, все было гораздо сложнее. Я знала, что цена на квартиру будет немыслимой. Петер сдавал мне ее, во всяком случае, последний год, за вполне приемлемые деньги, а новые хозяева, даже если позволили бы мне остаться, увеличили бы плату по меньшей мере раза в три.
Я в глубокой задумчивости опустила письмо на стол. Было бы замечательно, если бы мне удалось купить этот офис. На благосостояние нашей с Джонатаном семьи это не оказало бы существенного влияния. Мой жених зарабатывал столько, что мог позволить себе приобрести жилье где угодно. Просто его восхищала моя предприимчивость, и было бы здорово продемонстрировать ему, что проворачивать небольшие операции с недвижимостью мне тоже по плечу.