Нельсон терпеливо изучил мои счета. Оказалось, хоть средств у меня и достаточно, чтобы платить по закладной, необходимо достать по меньшей мере двадцать пять тысяч на первый взнос.
Любопытно, в какую сумму оценит Александр мой труд? Может, все же попробовать? Потерпеть этого Ники хотя бы месяц?
Я прикусила губу.
– Александр – просто умница,– будто между прочим, задумчиво произнесла бабушка. – Помимо основной суммы хотел предложить тебе платить за одежду и прочее, если бы ты согласилась показываться с Ники на людях. Чтобы ты не тратила на это собственные деньги. Очень порядочно с его стороны, правда же?
Я прищурилась.
– Не хитри, ты ведь прекрасно знаешь, что одежду я в основном шью себе сама.
Бабушка счастливо улыбнулась.
– Да, конечно. У тебя море талантов, детка.
Мы снова уткнулись в меню.
– Да, и еще машина,– произнесла она, пробегая глазами по строчкам. – В твоем распоряжении была бы машина и личный водитель. Замечательно, правда? Сидишь себе на заднем сиденье и не ломаешь голову, где найти свободное местечко, чтобы припарковаться у торгового центра!
– Меня устраивает и мой «смарт»,– сказала я, не желая клевать на приманку. – А проблемы с парковкой не слишком выводят из себя.
Последовало продолжительное молчание. Вокруг звенели бокалы, ножи и вилки.
– Кстати, я говорила, что у Александра есть роскошная яхта? – беззаботным тоном спросила бабушка. – Он с удовольствием пригласит нас обеих в Средиземноморье, можно устроить себе морское путешествие… Что бы такое заказать? Перепелиные яйца? Интересно, как их тут готовят-
– Бабушка, да ведь дело не в машине и не в одежде! – воскликнула я, теряя терпение. – Мужчины типа Ники не слушают женщин вроде меня. Да и не видят никого, кроме худеньких полуголых блондинок! Сама знаешь, я с удовольствием помогла бы ему, только у меня ничего не выйдет!
Бабушка вскинула голову, и я заметила мелькнувшее в ее глазах ликование.
– Еще как выйдет! – с легким упреком заявила она. – Я протягиваю руку помощи давнему другу. Он переживает далеко не лучшие времена. Уверена, ты на моем месте поступила бы точно так же. – Она помолчала. – Если бы столь же дорогой друг попросил тебя о подобном одолжении…
– Хмм,– произнесла я, стараясь выглядеть бесстрастной.
Я догадывалась, что она намекает на Нельсона. Отец не осторожничал бы, а прямо назвал бы его по имени. Да, бабушка права: если внук Нельсона окажется таким же грубияном, а Нельсон от этого будет страдать, я, чтобы уменьшить его горе, пущу в ход любое средство.
Бабушкин радар, должно быть, определил, что я колеблюсь. Она продолжила уговаривать меня, на сей раз, по-видимому, дав себе слово победить.
– Ты всегда себя недооценивала, детка. Если ты согласишься, моей благодарности не будет предела. Когда тебе нужны были деньги,– добавила она с таким видом, будто эта мысль только-только пришла ей в голову,– я выручила тебя, надеюсь, помнишь?
О господи! Бабушка знала все мои слабые места. Да, это верно: если бы она не одолжила мне тогда денег, у меня не было бы никакого агентства.
Я притворилась, будто снова сосредоточиваю внимание на меню, а сама еще раз все взвесила и минуты через три произнесла фразу, не означающую ничего конкретного:
– Я поговорю с Джонатаном.
– Спасибо, детка! – воскликнула бабушка. – Ой, взгляни! Идут наши мужчины!
Я подняла голову и увидела Александра и Николаса. Обоих приветствовали со всех сторон. Дед и внук отвечали весьма сдержанными улыбками.
Очевидно, Александр сказал внуку нечто такое, что временно подействовало на него – он целый вечер был само очарование. Непродолжительное время разговор не клеился, но потом вдруг выяснилось, что у нас есть общие знакомые и что мы бывали в одних и тех же парижских барах. Когда я напомнила Николасу о Тигги, он на мгновение напрягся, после чего рассмеялся и пообещал отправить ей цветы и извинительную записку.
– Давно бы так,– одобрительным тоном произнес Александр. – Возьми это себе за правило.
У меня мелькнула мысль: если Ники отправит по букету каждой девушке, которую когда-то бросил в фонтан или в бассейн, в центре Лондона не останется ни одной герберы; впрочем, вслух я ничего не сказала. После кофе Александр с бабушкой поехали на вечеринку на Гровенор-сквер к какому-то давнему другу, греку.
Выходя из зала, Александр с тревогой оглянулся и, увидев, что мы с Николасом продалжа– ем мирно болтать, как будто успокоился. У меня потеплело на сердце. Рассказывая за ужином о замке – потайных ходах, башнях, сказочном лесе,– он очень волновался, а я чувствовала, что готова на что угодно, лишь бы помочь ему.