-Я Вика, - представилась девушка, протянув свою руку мне для дружеского рукопожатия.
-Оля, - я пожала руку.
-За работу! – весело крикнула Виктория и снова запела причудливую мелодию.
В это время молодой человек (судя по одежде официант)в посудомоечную вкатил огромную тележку с грязной посудой.
-Победина, выручай! Там в зале аврал! Григорий Саныч уже часть столов лично обслуживает, всё-равно рук не хватает.
-Ты чего? А посуду на кого бросить?
-Чистой посуды хватит, вечером намоем, давай в зал!
Вика сняла с себя фартук и косынку и стала собирать волосы в «гульку».
-Значит так, Оль. С грязной посуды остатки еды сгребай вот в эту урну и просто складывай ее в ту раковину, - девушка показала на раковину размером с ванну, - вечером разберусь с ней, - махнула мне рукой и побежала в раздевалку.
Через пару минут я увидела ее, пробегающую мимо меня в зал, уже совсем в другом образе –белая блузка, черная юбка карандаш, изящные черные балетки, блеск на губах и гулька на голове, заколотая крест-на-крест палочками для суши, как у гейши.
Я дотерла чистые тарелки, приборы и стаканы, сложила их и принялась за грязную посуду. Почему бы не складывать ее сразу в посудомойку? У меня всё получилось: и сложить посуду в машину и запустить ее. В это время другая машина уже закончила цикл мойки и я уже доставала тарелки и протирала их. Теперь понятно, почему Вика не ждала пока они просохнут естественным путем. На это просто не хватило бы времени. Не успела я разгрузить чистую посуду, как на пороге снова появилась тележка с грязной и так по кругу. К вечеру я уже порядком устала и даже боялась не удержать стекло в руках. Ноги гудели, спина тоже. Но это ощущение значимости не давало мне покоя. Я нужна! Я помогаю людям! Я взрослая! Я бы даже могла здесь работать!
Вика вбежала в цех и завалилась на скамейку. Она легла на спину, руки свесила к полу.
-Фуууух, всё! Я труп! – девушка повернула голову ко мне и улыбнулась, - хочешь есть?
-Мне еще две машины разгрузить и можно было бы подкрепиться.
Вика окинула взглядом цех. Вся посуда чистая, рассортирована, часть нагружена в тележку, оставшаяся - расставлена на специальных полках.
-Да моя ж ты золушка! – она вдруг подскочила, обняла меня и закружила как будто мы с ней знакомы уже тысячу лет, как будто мы подруги, нет – сестры!
25
Ольга.
Вика потащила меня в зал ресторана. Посетителей уже не было. Пару официантов домывали столы, уборщица подметала пол. Я огляделась. Достаточно просторное заведение с мягкими диванчиками в левом крыле и деревянными стульями в правом. Бодрый бармен развешивал чистые бокалы. Откуда у них столько энергии?
-Идем, идем, - подгоняет меня Виктория и заводит за барную стойку.
На столешнице стоит тарелка с мясным блюдом. Пахнет и выглядит на пять балов.
-Утка по пекински? – робко спрашиваю бармена. Помню, как с моими приемными родителями мы отмечали день рождения Арса. Папа заказал себе такое блюдо, но съели мы его все вместе, уж больно вкусная оказалась эта утка. Я запомнила название, обещая во взрослой жизни обязательно научиться его готовить.
-Да ты знаток? – подмигивает он мне в ответ.
В следующие несколько минут мы с Викой уминаем поздний ужин. Бармен посмеивается, глядя на нас:
-Девчонки, может вам мохито сбацать?
-Сбацай, сбацай, Артем, - ответила Вика, - пока Григорий Саныч не видит.
-А где Гриша? – вспоминаю я. Время пролетело очень быстро. Только сейчас поняла, что на улице уже полночь. Как-то сразу грустно стало и страшно. От безысходности.
-Скоро будет, проводит свою девушку и вернется, - с набитым ртом сказала Вика.
-Лизу?
-Я ж говорю, знаток! – снова подмигивает бармен.
Вика посмотрела на меня заинтересовано.
- Ты откуда Григорий Саныча знаешь? Он тебе кто?
Я опустила глаза, пытаясь подобрать слова. Врать не хотелось, говорить правду – тоже. Но тут меня спасла уборщица:
-Ну чего вы на бедное дите накинулись? Поесть нормально не даете! Кушай, деточка, кушай и никого не слушай.
- Вечно вы, Тамара Павловна, на самом интересном месте! – возмутилась Вика, улыбнулась мне и добавила, - мохито будешь?
Официанты домыли столы, Тамара Павловна дотерла пол, повара перестали греметь посудой. Вика похвасталась ребятам, как я справилась в посудомоечном цехе и весь коллектив одобряюще хвалил меня за мою помощь. Это было очень приятно. И очень ново для меня. Я привыкла получать одобрение за знания. Но здесь никого не интересовало как я учусь, и учусь ли вообще. Зато тот факт, что Вике и официантам теперь не нужно оставаться на ночь, чтоб перемыть всю посуду, радовал даже Тамару Павловну.