Я молча кивнула. Сорш Мэвэрр вновь зарядил арбалет.
— А можно воткнуть сюда вот тот вринн, — указала я на учебное оружие с затупленными остриями на навершии и пятке, — Не-е, наоборот, — тут же поправилась, когда воин воткнул его лезвием вниз.
Мэвэрр хмыкнул, но вогнал в землю смертоносную железяку теперь уже другой стороной. Самой бы мне это удалось, только призвав второе «Я». Вот только «засвечиваться» лишний раз, выпячивая свои таланты, мне совсем не хотелось. Только сорш отвернулся, как я накинула скобу на короткое навершие (будь оно длиннее на толщину мизинца, этот номер у меня бы не прошёл) и, почти не целясь, выстрелила. Отдачей оружие рвануло вверх. Не-е, не укрепи я незаметно правые плечо и отставленную назад ногу силой своей мужской половины, это детское тело точно оказалось бы на земле. А так, лишь слегка пошатнулась.
А куда воткнулся болт? Торчит в шее условного противника на средней мишени. Нет, всё-таки из любого оружия надо сначала пристреляться. Вон как его задирает. А целилась бы в сердце, а не середину груди, точно бы промахнулась.
— А крепостной арбалет вам, нирта Олиенн, знаком? — не желал успокаиваться лаэр.
— Никогда в жизни не держала в руках, — честно призналась я.
— Мэвэрр, тащите арбалет и вон тот стол! — распорядился вельможа.
Э-э-э, ЧТО ЭТО?! Мне сразу как-то стало не по себе. Во рту пересохло, а сердце бешено заколотилось в груди. И из этого монстра мне предстоит стрелять? М-да, что-то слишком опрометчиво я поступила. Эта ж громадина чуть поменьше того натяжного устройства, что стояло на караларе в нашем форпосте Серебряной реки. Н-да, и отказаться теперь вроде как неудобно. А-а, была не была! Где наша не пропадала!
А сорш уже успел взвести эту махину коловоротом с шестерёнками и, усмехнувшись, посмотрел на меня. Думаешь, управиться с этой ху… хреновиной мне не по силам? Попаду — не попаду, уже не важно, лишь бы плечо не оторвало и не зашибло этим бревном. Левой рукой со всех сил вцепилась в приклад, подсунув её между ним и плечом. Главное, чтобы по щеке не стукнуло. Зубы мне дороги. Может, новые вырастут, но эти тоже жалко.
Край стола мне на уровне груди. Двигаю смертоносное орудие вперёд. Оно немного свешивается и наклоняется под весом массивной железной части. Направляю куда-то в сторону дальней мишени. Выстрел! Бум-дум-дум. Выпущенный мной из рук, здоровенный арбалет заскакал, как живой. Ловлю его в последний момент, чтобы не свалился на землю. Чтобы я ещё раз подошла к такому монстру, да ни в жизнь!
— Леди Олиенн, — слышится за спиной голос хозяина замка, — видя вашу технику стрельбы, остаётся только удивляться тому, что вы попадаете по мишеням.
— А я то как удивляюсь, элгар Фортрар.
Кстати, в мишень я попала. Знаете куда? В то место, что пониже ремня, где начинаются ноги. Зрители качали головой, усмехаясь и поглядывая на Клэриона. Тот становился всё мрачнее и мрачнее, а сейчас вообще был чернее тучи. Мало того, что получился такой недвусмысленный намёк. Сама не хотела, случайно получилось. Так ещё у мальчика отобрали его любимую игрушку.
Рону, как опасную преступницу склонную к побегу, я приказала заковать в цепи… для начала обе руки… и пару часов она тащилась за повозкой Фэры пешком с накинутой на шею верёвкой. Клэр попытался за неё заступиться, я упёрлась. Мы разругались в пух и прах. А не фига меня первым обвинять в том, что я спятила. В ответ я объявила, что он опоен любовным зельем и ничего не соображает.
Короткое следствие с подключением «тяжёлой артиллерии» отца Фергюса и Ворхема. Всё, что связано с колдовством — это по церковной части. Рону мигом скрутили, а её барахло распотрошили. Как я и предполагала, там оказалось несколько запрещённых снадобий.
А что такое приворотное зелье? Наркотик, вызывающий эйфорию и любовный экстаз. Галлюцинации и сильное желание. Дальше по принципу: не бывает некрасивых мужчин/женщин, бывает мало снадобья. Клиент не дошёл до кондиции? Добавить ему ещё. Передоза, и он отбрасывает копыта. Непреднамеренное убийство. А-а, так тут ещё и колдовство! На костёр! А кто варил эту отраву? И её туда же! Вон, в Западной Европе половину ведьм так сожгли. А не фиг наркотой баловаться.
— О-о, за это надо на костёр, — глубокомысленно заметила я.
Клэрион уже не пытался защитить свою пассию, а хмуро взирал на происходящее. А кому понравиться мысль, что в постели пусть даже и с очень красивой девушкой ты оказался не по собственной воле, а потому что накачан какой-то гадостью.
— Да половина этих склянок не мои, мне их дала Фэра, — попыталась вывернуться рыжая.