— Мы чуть позже поедем разбираться, — Кирилл тяжело выдохнул, параллельно развязывая мои руки, — Но, как теперь уже.неотъемлемой части «Фениксов», тебе придется ехать с нами.
— Хорошо, — я потерлп запястья, ощущая блаженную свободу, — Выйдите, пожалуйста.
Мальчики вышли, прикрыв дверь, и я спокойно переодела свой помятый наряд на нормальную одежду, в которой также было бы удобно ехать на разборки. Спускаясь на первый этаж, я уловила довольно вкусный запах вперемешку с горелым. Предчувствуя беду, я слетела с лестницы и побежала на кухню, где стоял непросветный едкий дым.
— Вы как вообще жили, если готовить не умеете? — я попыталась рассеясь рукой серые облака, но тщетно.
— Из ресторана заказывали, — двое взрослых парней стояли и смотрели на меня сверху вниз своими грустными глазами, словно нашкодившие котята.
— Как с вами тяжело… — я настежь распахнула окно, — Идите давайте отсюда. Приготовлю, позову.
Шилов с Каратовым молча смылись и оставили мне на попечение чуть не сгоревшую кухню. Обнаружив в холодильнике чуть больше десятка яиц, зелень, молоко, овощи и пару стеклянных бутылок пива, видимо оставшихся с вечеринки, я уже поняла, что единственное, что из всего этого выйдет — это омлет с овощами. Помаявшись немного с приготовлением, я всё же получила в итоге три ароматных порции и позвала мальчиков к столу. Они же в свою очередь варварски напали на еду и уплели её в два счета, не забыв поблагодарить.
— Лисёнок, а сколько времени? — вдруг поинтересовался брат.
Включив телефон, я посмотрела на высветившиеся цифры и ответила:
— Пол одиннадцатого, а что?
— Нам в одиннадцать уже нужно быть на месте, так что ешь побыстрее и идём, — брат обращался ко мне, ведь омлет на моей тарелке был съеден лишь наполовину.
Я лишь «агакнула» и, быстро орудуя вилкой, съела остатки омлета. Сразу после этого все быстро разбежались по комнатам. Собравшись, мы надели на себя куртки и обувь и сели в машину Каратова. Брат посчитал нужным дать мне биту на случай, если драка всё же завяжется и решил, что ехать на моей машине очень опасно. Мало ли, вздумается Безликим вдруг запомнить мои номера, а потом отыгрываться на мне, как на слабом звене всей банды.
Приехав наконец таки на место назначения, мы увидели с одной стороны наших парней и с другой — тех Безликих, которые дожидались нашего прихода. Встав в первую линию, я стала внимательно слушать, что скажет главарь, тот который подмешал мне виагру. Собственно я и узнала, что это он только благодаря Стасу. Тот тихо шепнул мне об этом. Вглядевшись в единственную незакрытую часть лица, я заметила что-то больно знакомое, но всё никак не могла понять, кого так напоминает мне этот человек.
— Какие люди пожаловали! Лисичка, ты связалась с очень плохими людьми, — серые, словно стальные, глаза сверкнули недоброй искрой.
Голос такой знакомый… И только сейчас дошло вдруг, как назвал меня Безликий. Только один единственный человек звал меня так, и я бы совсем не хотела сейчас его видеть, но увы видела. Хоть и не полностью.
— Плохие люди — это ты и твоя компания! Вы звери! — посмотрела на «Фениксов» и увидела шок в их глазах. Я была бы тоже шокирована, если бы кто-то приезжий вдруг узнал известного «гангстера» города.
— Ну, любимая, какими бы мы ни были, я всё равно заберу то, что по праву принадлежит мне, — главарь хотел подойти ко мне ближе, но перед ним, заслоняя меня, словно каменная стена, выросли брат и Каратов.
— Нет, Марк, ты не получишь этого! Это не принадлежит тебе! — крикнула я, заставляя бывшего парня злиться.
Он вдруг кинулся ко мне, занося вверх кулак, но парни не дали ступить ему и шагу ближе ко мне, обезвредив за считанные секунды. Дальше мы с парнями завязали драку с остальными Безликими, заставляя их страдать, не меньше их главаря.
Ударив очередного нападающего всё-таки пригодившейся битой, я совсем не заметила, как сзади кто-то подошёл, а после, окольцевав одной рукой шею, другой выбил из рук биту и закрыл рот, утаскивая куда-то назад. Я не могла кричать. Получались лишь нечленораздельные мычания. «Фениксы» совсем увлеклись дракой, не замечая, как где-то с краю меня волокут к ближайшему, скрывающему от чужих глаз, убежищу. Территория заброшенного здания, где происходила бойня, уже была почти не видна, а сами мы шли по узкой тропе между сгущающимися деревьями. Видимо идем вглубь леса.