— Только если ты ответишь на два вопроса, — увидя его готовность отвечать, я продолжила, — Почему врач называет тебя моим женихом?
— Ну… В прошлый раз ляпнул ему. Не сказать же мне, что мы грызлись, как кошка с собакой? Он бы меня не пустил тогда. Хотя я бы не прочь в действительности им быть.
— Мечтай, — я мило улыбнулась ему, но вспомнив о втором вопросе, резко изменила улыбку на недовольство и обиженность.
— А второй вопрос — это какого черта вы без моего ведома взяли кого-то в нашу компанию?
— Я говорил Киру, что это плохая идея, но он идиот, — пытался оправдаться шатен.
— Ну так ты же главный, он должен тебя слушаться.
— Если ты не знала, то главная теперь ты. А как я понял, он — твой заместитель.
— Значит он плохой заместитель. Либо думает не головой, а задней частью, либо не знает, что я могу с ним сделать, либо и то, и другое сразу.
Я взяла с тумбочки лист бумаги, ручку и стала писать письмо брату.
— Как новенького зовут? — поинтересовалась я.
— Влад Костромин.
Быстро начеркав «документ», я красиво нарисовала на нём печать и поставила подпись.
— Вот возьми, отдашь Кире.
Каратов развернул бумагу и стал вслух читать написанное.
— «Приказ об увольнении, — он начал смеяться уже с этой строки, — Шилов Кирилл Дмитриевич уволен с должности заместителя главы «Фенксов» за приглашение Владислава Костромина в состав «Фениксов» без ведома главы. На должность нового заместителя назначен Каратов Станислав.», — парень выхватил у меня ручку и что-то аккуратно написал.
— Что ты там настрочил? — я попыталась забрать бумага, чтобы посмотреть.
— А вот не скажу.
Я потянулась за «Приказом», но оказавшись слишком близко к лицу шатена, совсем забыла про письмо. Я чувствовала, как его дыхание было с каждой секундой ближе к моим губам. Он едва не коснулся их, но в дверь кто-то постучал.
Глава седьмая
Кирилл
Я очень волновался за сестру, но университет к великому сожалению никто не отменял. Я собрался и, сев в свой излюбленный гелик, поехал в универ. Приехав на нужное место и припарковавшись, я вышел из машины. Всё как обычно, но одна маленькая деталь стояла не на своём месте. Аня больше не встречает меня с распростертыми объятьями и нежным поцелуем, она просто стоит у входа в школу и с грустью смотрит на меня.
Я решил подойти к ней и показать ей всю правду, а не оставлять её за пеленой лжи, которой она заморочила себе все мозги.
Стоило мне только подойти к ней, как на её зелёные глаза накатили слёзы.
— Ань, не нужно думать, что ты была для меня всего лишь девочкой на одну ночь, — я мягко сжал её плечо, — Ты не достойна быть им, — услышав это, она сильнее заплакала и хотела убежать, но я остановил её, — Ты достойна быть сокровищем, которое хранят, которым дорожат. А не копят, как трофеи. Та ночь значит для меня многое, как и сама ты, Анюта.
Она вдруг улыбнулась сквозь эти слёзы и с криком «Идиот!» обняла меня так крепко, как она этого хотела. Я так давно этого ждал. Этого самого счастливого момента, пожалуй, во всей моей жизни. Именно это рыжая девочка въелась в мою душу. Она показала мне этот мир в настоящих красках. Она разукрасила мою черно-белую жизнь в яркие цвета. Она объяснила, как правильно жить. Она заставила меня искренне, по-настоящему улыбаться и быть таким счастливым, как никогда раньше. Только с ней я мог испытывать бурю эмоций.
В моей жизни есть только три женщины, которых я сильно и по-настоящему люблю — это Лиса, Аня и бабушка. Только они и Пенетраторы знают искреннего, заботливого, любящего, верного, не гордого, весёлого, доброго, а главное настоящего Кирилла Шилова. Они — моё всё. И одного из них, я сейчас крепко прижимаю к себе.
— Ты даже и представить себе не можешь, как ты мне дорога, Багряшова.
Весь этот учебный день мы провели вместе. А в его конце решили вместе сходить к сестре в больницу. Я постучался в дверь Алисиной палаты и открыл её. Передо мной и Аней открылся вид на двух резко отпрянувших друг от друга людей.
— А дождаться, когда разрешат войти не судьба? Что если бы мы тут абсолютно другим занимались?! — завозмущалась блондинка. На такое заявление Аня негромко хихикнула, а я решил ответить сестре.
— Думаю, вы не глупые и в таком случае закрыли бы дверь и шторы.
— А у меня всё-таки был шанс затащить тебя в постель? — Стас пошло улыбнулся моей сестре, а та легонько ударила его по лбу.
— Я просто привела пример! Извращенец… Ладно, не стойте в дверях, проходите.
Мы присели на стулья около её кровати, сама она села на кровать. Аура в палате вдруг переменилась.Что-то стало протяжно пищать. Лис начала падать обратно, вся побледневшая. Казалось, что живой блеск покинул её кожу и светлые волосы. Кардиограмма показывала уже почти ровную линию.