Он с гордостью познакомил меня с родителями и со всеми друзьями. Слава только не светился, когда представлял: «Моя девушка Рита. Будущий переводчик.»
А мне было безразлично. Что он есть, что его нет. Слава мог бы стать отличным другом, и я мучилась. Меня тяготила собственная нечестность, но время шло, и мне было всё страшнее разбивать его сердце. Я просто решила, будь что будет.
До сих пор помню наш первый раз душной июньской ночью. Он очень старался, а я только и переживала о том, что мама осталась одна на даче. Мучили мысли, как ей, должно быть, не по себе одной в большом доме вдали от города. Пришлось немного соврать Славе: «Как мне хорошо с тобой!»
Обманула и в следующий, и во все остальные разы.
Тогда я с неожиданной лёгкостью смирилась с выведенной аксиомой. Взаимная любовь — она как талант — кому-то дано, а кому-то нет, так что глупо переживать, если с тобой не случилось. Просто бессмысленно, словно негодовать, что твоя подруга рисует и фотографирует, а ты ничего этого не умеешь. Мне — не дано, и силу нужно было искать в другом.
Пока что у меня есть учёба, замечательная Лолита и… равнодушие. Оно очень спасает, когда есть крупные амбиции. Любовь и прочие безобразия только отнимают энергию, время и зачастую ничего не дают взамен.
Раньше горькие воспоминания о скудном опыте со Славой и с тем… Нет, нельзя думать об этом, иначе обычно все эти терзания непременно заканчиваются градом слёз, опухшими глазами, что вызывает кучу вопросов от обеспокоенной Лолиты
Но только не сегодня. Я слишком заряжена предощущением от визита в незнакомый офис. Куда мы едем сегодня? Что я увижу на новом месте? Кто же этот Мистер Х.? Как его зовут? О чём они говорили с Анной Викторовной?
Разгадка виделась мне предельно простой, и нечего было ломать голову — Анна Викторовна рассказывала о своих подработках в городе. Скорее всего, незнакомец на «Ауди» — сотрудник одной из компаний. Он иностранец — финн или немец, поэтому мимика и жесты показались мне немного странными.
Финн или немец. Может быть, австриец.
Украдкой я копалась в собственных воспоминаниях о вчерашнем дне и короткой сцене и так боялась растрачивать это ощущение. Словно чем больше я думаю о нём, тем пошлее становится эта история, которая даже не началась. Думать об этом можно лишь по самой крошечке, не злоупотребляя, растягивать давно забытое ощущение тихой радости внутри. Радости от самого светлого чувства — у меня словно появилась внезапная тайна. Что это? Лёгкая влюблённость на пару дней? Или я впервые встретила реально существующего мужчину, который собрал в себе все мои любимые черты? Бывает же такое! Один взгляд на человека, и пропала. Неужели его образ будет преследовать меня, пока воспоминание не выветрится? Такие мужчины возникают из ниоткуда, как будто не существовали раньше. Они внезапно материализуются именно здесь и сейчас, потому что так было нужно судьбе или Вселенной. Впервые я чувствовала такую искреннюю симпатию к незнакомому Мистеру Х., чистую и словно самую первую в жизни.
Дорога до университета показалась непривычно короткой. То ли нам посчастливилось не угодить в пробку, то ли я потерялась в легковесных мыслях.
Мистер Х., Мистер Х., кто вы такой?
Глава 4. "А вот и он!"
День правда выдался суматошным, хоть и прошло всего три пары. После обеда не осталось никаких сил и настроения ехать в незнакомое место, но утром я бодро пообещала Анне Викторовне быть на месте.
Мы распрощались с Лолой у гардеробной с железными обещаниями встретиться у Лолы на выходных и поболтать. Я чуть не забыла попросить у неё «Триумфальную арку», чтобы занять время до трёх часов. (Пришлось пойти на небольшой обман, сказав, что остаюсь для консультации с Анной.)
Чтение не давалось. Как я ни старалась уловить события и эмоции героев, свои собственные не давали покоя. Другой мир совсем рядом, он поджидал меня, и Жоан — неспокойная героиня книги — никак не могла возмутить меня также сильно, как Лолиту утром.
Хуже того, в голове навязчиво крутилась лёгкая песенка, которую тихонько напевала подруга на каждой перемене под коридорный шум: «Ну зачем же такая любовь?». Простые слова против моей воли крутились по кругу. Песня старая, из далёкого детства, когда вечерами во дворе заслушивали кассеты с модными сборниками. Откуда только Лола её откопала?