- Так, мальчики, спокойствие, и только спокойствие, - перефразировала Настенька слова одного из мультипликационных героев. - Не ссоримся, приводим дыхание в норму, думаем о хорошем и миримся.
- Дыхание в норме, - сквозь зубы сказал домовой, косясь на кота, - но мои мысли о хорошем застряли на том, как я роняю что-то более тяжелое, чем подушка на этого карликового льва. Говори, что видел, подлый котяра!
- А что говорить, книга-то волшебная, и…
- Ну! Кот, не тяни время! - злился домовой.
- Да ладно – ладно! Когда Настенька закончила читать страницу и сделала движение рукой вверх, чтобы снять очки, лист книги немного приподнялся, словно решил, что она дает ему команду перевернуться.
- Может быть, я создала рукой воздушный вихрь? – предположила Настенька, пожимая плечами.
- Я, конечно, кот не ученный, но мы же видели размеры этого листа и его толщину…
- Что ты хочешь сказать? - перебил его домовой.
- Я хочу сказать…, - хитро улыбнувшись, сделал небольшую паузу кот, - что книга слушается Настю, и подчиняется ей.
Все замолчали. В воздухе повисла тишина. Никто не знал, о чём подумал каждый, присутствующий в этой комнате. Но по наглой морде кота, можно было определить, что тот радовался, и был до ужаса доволен, девочка была растеряна, а домовой обеспокоен. Неизвестно насколько затянулась бы эта пауза, и какой разговор после неё произошел, но в коридоре раздались шаги. Дверь открылась, и на пороге комнаты появился дедушка:
- Доброго утра, мое солнышко!
- Доброго утра, деда.
- Пора на утреннюю зарядку.
- Уже иду, - ответила девочка, и, встав из-за стола, отправилась за ним.
В ту минуту, как в коридоре послышались шаги дедушки, домовой сразу исчез, а когда открылась дверь, кот Матвей, воспользовавшись ситуацией, метнулся в другую комнату. Он решил, что пока будет идти утренняя зарядка дедушки и внучки, он подзарядится чем-то вкусненьким на кухне, а потом, в тот момент, когда дедушка пойдет обливаться холодной водой, выскочит на улицу. «Ему, очевидно, хотелось прогуляться», - предположите вы. Но я думаю, что он просто хотел убежать от домового, который, последнее время, постоянно норовил в него чем-нибудь запустить. Вот, как-то так.
А дальше в доме все пошло по расписанию. Только теперь наша девочка не слушала сказки дедушки или бабушки, не спешила играть с игрушками или смотреть телевизор, играть в планшете, телефоне или компьютере, а спешила в свою комнату читать волшебную книгу. Все в доме были рады тому, что их доченька и любимая внученька не подвержена пагубному влиянию современной техники, а вместо этого читает, тем самым развивается и приобретает новые знания. Да, это было истинно так, но читала она не ту книгу, которую они видели на столе, а ту, которую дал ей домовой.
Зайдя в комнату, Настенька села за стол и посмотрела на книгу. А ведь кот действительно прав - очень часто родители и дедушка с бабушкой видят эту книгу, и могут возникнуть вопросы. «Что же с тобой делать?», - спросила девочка у книги, и провела по ней ладошкой. И она не поверила своим глазам: по мере того, как ладонь скользила по книге, обложка книги стала меняться. Из яркого красной она превращалась в ярко-зелёную, а вместо названия «Сказки народов мира» теперь красовалось «Занимательная география». «Вот так дела, - подумала Настенька. - Это, конечно, хорошо, книга понимает мои мысли, или даже читает их, и тоже переживает, чтобы её не нашли. Что же будет дальше? Нужно срочно прочитать». После этих мыслей Настенька надела очки и посмотрела на книгу. С ней опять произошло странное - книга сама открылась, а прочитанная страница перевернулась. «Вот это да! – восхищенно вскрикнула девочка. - Книга и правда волшебная», - и принялась читать ее дальше:
«Домовые селились только в тех домах, где проживали добрые и трудолюбивые хозяева. Они во всем помогали им, и настолько привязывались, что вся их природа не могла существовать без человека. Они, как дома, переходили в наследство. А если хозяин переезжал в какой-нибудь новый дом, или другое место, то обязательно звал с собой домового - своего верного помощника. Домовых не было видно, но помощь их всегда ощутима. Оставшихся после разлома домовых осталось очень мало, и на все дворы их не хватало. Домовые не жаловали переезды, так как любили жить в том месте, где были когда-то их исконные земли.