Шла Танька по шоссе и сосала сушку Вдруг кто-то вместе с сушкой засосал всю тушку Лишь сандалики остались на пустом шоссе Где теперь Танюха наша, мы не знаем где
Только люди говорили это энэло Прилетело, покружило и с собой взяло Таньку нашу потому что по шоссе пустом Танька топать не боится с сушек полным ртом
И забрали идиоты. Так им надо блин Ведь не знают нашу Таньку. Она покажет им Русской барышне что избы, что костры с конем Мы любому наваляем и в рога согнем!
Танька наша была очень шибко боевой Знала Танька все приёмы, даже болевой Всех врагов сражала нафик только им одним За дела такие Таньке пририсовали нимб
В общем не на ту напали ироды и вот Танька сразу показала где мать кузькина живёт Только лишь глаза открыла и трындец пришел Инопланетянам всем кто на Землю пришел
Спасовали все пришельцы перед нашей Танькой Наградили супер-силой, сказали будут паинькой Высадили в чистом поле около шоссе Пусть шурует дальше Танька и сушку сосе
Теперь есть у нас не Танька а супергерой! Силы просто дохренища, да ещё какой! Все металлы прожигает взглядом лишь одним У неё и супер-слух и супер-глаз рентгеновский
Враг повержен и боится. Все. Ликуй народ Не пройдёт близ нашей Таньки никакой урод Раздаст люлей мир защитит с грозным кличем:"Мля!" На страже Танька чутко бдит. Не переживай Земля!
Богом данный
Богом данный
Веселые смешки очень давят на сознание, если ты почти лежишь мордой в грязи, а вокруг тебя одни нелюди и шакалы. Парень несколько раз отхватил по ребрам пока закрывал голову. А потом и по лицу, когда пытался закрыться от ударов. — Эй ты, придурок! — кто-то из компании больно толкнул его в плечо. Богдан замахнулся кулаком на обидчика и...
И опять валялся мордой в каше из снега и грязи. Кровь из носа капала на и так ободранные костяшки, ещё больше окрашивая их в алый. Бодя сжал кулаки и зарычал. И получил в бок чьим-то ботинком. "Они сильнее. Смирись". — сказал кто-то в голове, и парень разозлился ещё больше. Ведь из-за этого кто-то все вокруг считали его дебилом.
Злые слезы проложили дорожки по грязным щекам. "Не могу больше терпеть! Эти подонки опять измывались над Наташкой. Если бы не я, они её... С-суки! Пусть другие подставляют щеку, а я лучше сдохну, чем отступлю ещё хоть раз!" "Тогда борись!" — сказал все тот же голос и парень, собрав всю волю в кулак, с трудом поднялся. Чтобы от нового удара опять рухнуть в грязный снег. А потом ещё раз. И еще. И ещё.
— Да хватит уже! Все! Перестань. — кто-то из компании вдруг оттащил его за куртку куда-то в угол, пока двое других держали все ещё размахивающего ногами садиста. — Угробишь! — орали они ему, не позволяя добить уже не пытающегося подняться Богдана. — Смотри. Дохляк и так еле дышит. Успокойся! — Да все! Все, бля! Спокоен! Пошли отсюда. — вырвавшись из лап своих друзей сказал тот, и первым рванул из старой пристройки, куда они всей компанией загнали Богдана, чтобы наказать за испорченное веселье.
Под стихающий топот, Богдан кое-как перевернулся на бок, и застонал от боли, моментально прострелившей все тело. — Твари! Ненавижу вас, ублюдки хреновы! — зашипел он, через раз дыша и прямо на себя сплевывая кровь из разбитой губы. Вдруг кто-то тронул его за плечо и узкая холодная ладошка коснулась лба, убирая с лица грязные волосы.
— Наташка! — выдохнул парень, заглядывая в большие заплаканные глаза, и замечая пару ссадин на в беспокойстве склонившемся над ним лице. — Твари! Пусть только ещё раз попробуют тронуть! Убью всех нахрен, убью!.. Но девушка заставляя замолчать прижала палец к его губам, мотнула головой и робко улыбнулась.
— Нет! Даже не проси. Зарою! Сам возле них лягу, но тебя в обиду не дам. Наташа только покачала головой. Помогая подняться, поставила свое плечо, а парень нахмурился. С радостью отмахнулся бы от её помощи, но не в этот раз — все тело болело так, будто в мясорубке побывало, а дышать нормально было вообще невозможно. Вот так, стараясь не особо опираться на девушку, они кое-как выбрались с пристройки, правда чуть не упали, когда Бодя зацепился ногой за выступающий порог.
Наташа тут же схватила его за руку, еле смогла удержать, а потом сжала парня в объятьях, извиняясь и одновременно благодаря. — Не надо. Что я могу. Ни защитить, не навалять... Ты сама-то как? — спросил он, и девушка сразу же отвела глаза. И Богдана снова затрясло от гнева. — Твари! Господи... Как же я их ненавижу! А девчонка опять начала закрывать ему рот ободранными ладошками и мотать головой.
— Ты понимаешь что они никогда не отстанут, понимаешь, нет? Такая падаль понимает только силу и признает только силу кулаков! Если их не... Наташа сложила руки в молящем жесте и так глянула на Богдана, что тот заткнулся сам. Не надо, говорили её глаза, перестань и успокойся. Но как же тут перестать, если эти дебилы сами никогда не перестанут?