После двух недель изнурительных мучений, я решила подвести итог. Головой-то я понимала, что еще рано, но сердце требовало, а требовать оно умело. Потому я достала из-под кровати напольные весы, перекрестилась, на всякий случай на видном месте положила валерьянку -- для мужа, ему ведь меня успокаивать, очень тяжело, но с огромной надеждой на лучшее, вздохнула, и …
-- Ур-р-ра,товарищи! Лед, вернее жир, тронулся! Ура! Ура! Ура! -- запищала-закричала-запела я от счастья, пританцовывая возле весов ритуальный танец всех несчастных, сидящих на диете.
-- Зря радуешься. Это я тебе весы покрутил, -- раздалось сзади, обламывая мне весь кайф, а говорящему “ля-романтик” на сон грядущий.
-- И зачем спрашивается?! -- накинулась с кулаками на супруга. -- Скотина. Я ведь так обрадовалась, поверила, что… А ты!
Мне вот сейчас очень хотелось его убить, а еще больше закрыться где-то в одиночестве и поплакать.
-- Ну все, все. Харе лупить мою многострадальную тушку. Я по-шу-тил. Да-да. Знаю, что криво, но… Эй?! Ты чего это, реветь собралась? А ну прекращай это мокрое дело! Я пошутил, слышишь? Пошутил.
-- Точно?
-- Точно, -- подтвердил муж для успокоения.
-- Точно-точно?
-- Зайчона. Ничего я там не крутил. Честно, -- заверил благоверный, нежно обнимая за плечи. -- Вот эти цифры -- это лично твоя заслуга. Ты молодец. Самая сильная и волевая женщина на свете.
-- А скоро и самая стройная.
-- Ты и так для меня -- самая-самая.
И меня так нежно-пренежно поцеловали, что я оттаяла.
Следующие дни полетели намного веселее.
Конечно! Результат был на лицо. Вернее, результат был виден по медленно, но уверенно уменьшающейся заднице, и в спортзал я уже спешила как на праздник -- широко улыбаясь и летящей походкой. С девчонкам так и не получилось подружиться. Да там и так никто не дружил, все сохраняли воинственный нейтралитет, партизаня за вниманием Пупсика кто во что горазд.
Честно? Курятник меня уже не напрягал своим видом -- наверное, я просто привыкла, и относилась к нему, как к предмету обстановки.
Закончив сегодня упражнения пораньше, я нашла своего инструктора сидящим в углу зала на какой-то установке для наращивания мышц. Парень пересчитывал "валентинки" и хмурился.
-- Недостача? -- решила я блеснуть остротой.
Он вскинул голову и улыбнулся на эту колкую шутку. -- Вы правы. Одной не хватает. -- Наверное моей, -- деловым тоном продолжила шутить я. -- Ничего страшного. Сейчас мы все исправим! Я вытянула с кармана пачку сухих салфеток, достала оттуда одну и протянула к инструктору руку: -- Ручка есть? -- А-то. -- Давай, -- приказала, еще сама не особо понимая что наваяю на пахнущей клубникой бумажке. Он дал мне коротенький карандаш, и я поняла, что именно хочу написать в этой записке. "Я бы тебя нарисовала", -- быстро накатала я на согнутой коленке и протянула ему. -- Теперь точно все. -- Угу, -- задумчиво пробормотал он, разворачивая мое "послание", и читая написанное. -- Хм... Это самое оригинальное предложение за три года, что я работаю инструктором. Мне обещали, признавались и предлагали многое, но такое - никогда. Вы -- удивительная женщина. -- Знаю, -- отмахнулась я. -- Просто я художник по профессии и, как все художники, люблю прекрасное. -- Прекрасное, -- повторил за мной он. -- Ну да. У тебя красивое лицо, и телосложение просто загляденье. Да ты и сам знаешь. Тело не перекачанное, пропорционально сложено. Тебя хочется рисовать. -- Понятно, -- почему-то недовольно произнес парень, и резко поднялся. -- Пошли работать? -- Ну так я уже вроде как все. -- Да? -- удивился он и посмотрел на часы. -- Прекрасно. Значит скоро увеличим нагрузки. Только вот с "увеличением нагрузок", увы, пришлось повременить -- младший подхватил в детском саду ветрянку, и я добрых две недели выхаживала сына, сражаясь с противной зудящей сыпью, а также со своим телом, которое очень сильно вовремя познакомило меня с давно забытым и вычеркнутым из обихода термином “крепатура”. К счастью, и одновременно сожалению, мои занятия спортом не прошли для меня бесследно -- уже на следующий день ближе к вечеру я почувствовала себя в шкуре столетней старушки, у которой болело абсолютно все, особенно спина. Любимый супруг и тут пришел на помощь, решив продемонстрировать любительские навыки массажа. Быстренько сбегал в сервант за книгой, которую он когда-то прикупил в подземном переходе у приставучего прыщавого пацаненка. Ушлый продавец тогда сердечно уверял его, что в тиражированном фолианте есть абсолютно все до единого “Секреты правильного массажа”, и вот теперь мне предстояло узнать на собственной шкуре так ли это. Муж нашел в домашней аптечке тюбик обезболивающей мази, открыл книгу, и уложив меня горизонтально на скрипучем супружеском ложе, выдавил прямо на спину дурно пахнущую анальгетиком массу. А через несколько секунд, я застонала под его умелыми руками. Так хорошо мне еще никогда не было. Эти поистине золотые руки творили настоящее волшебство, возвращая жизнь в мое тело, в каждую клеточку, в каждую мышцу. -- О-о-ох, как же хорошо-о-о... М-м-м… Люблю тебя. Ты -- самый лучший. О-о-о, эти божественные руки и все остальное к ним прилегающее! -- Зая! Это еще ничего, вот сейчас перевернем страничку, и я покажу тебе небеса, -- пообещал мой идеальный мужчина в мире. -- Милый, я согласна и на грешную землю, только лишь бы ты не останавливался. На следующий день, проводив благоверного на работу и накормив малыша, решила заниматься самостоятельно. Орудием пыток выбрала скакалку, и выделив себе полчаса, забылась с наушниками в ушах.