Под утро начался переполох. Ася, проснувшись, уселась на кровати, не понимая, что происходит. Хлопнула калитка. Послышались удивленно-радостные голоса соседей. Кто-то, будто с тяжелой ношей, поднимался по лестнице, а затем вошел в дом. Ася, услышав, как приглушенно вскрикнула Варвара, быстренько метнулась к двери. И застыла в проеме. В прихожей стоял отец и держал на руках маму, бледную как полотно. И коса мамина пропала куда-то, а вместо нее короткий ёжик жестких волос. Ася испугалась и закричала.
- Я вернулась, Асенька, - успокоила ее мама слабым голосом. – Не пугайся!
Отец, не разуваясь, прошел прямо в дальнюю комнату, и осторожно положил жену на разобранную Асину кровать, девочка кинулась к матери, села рядом на пол, прижала к себе мамину белую руку с синими прожилками вен. Сколько они так просидели, пять минут или целую вечность, Ася не помнила. Потом пришел доктор Филипп Янович. И папа мягко выставил ее из комнаты. Она видела, как Варвара завязывает концы покрывала, куда уместился весь нехитрый скарб ее и Егора, собирается уходить. Отец не остановил женщину, просто вежливо попрощался. Филипп Янович вышел из комнаты и плотно прикрыл двойные створки дверей.
-Пусть Рита поспит, я дал снадобье. Все обойдется, Марк, - доктор похлопал отца по спине.- Еще вчера мы не верили, что оттуда вообще можно выйти. А сегодня Рита уже дома. И какой же она враг народа, скажите, пожалуйста?! Просто угодила в облаву на рынке, когда меняла хлеб на мыло!
- Мыло на хлеб, - тихо поправил отец. – Следователь из Москвы сильно удивлялся, как она стойко держалась, не подписала ни одной бумаги. Не оговорила себя. Это и помогло. А если б следствие располагало чистосердечным признанием, то не видать нам Риты.
- Держалась, - согласился доктор.- Я видел ее израненную спину и понимаю, чего это стоило. Да, и провести десять месяцев в тюрьме, не всякий мужик выдержит... Доктор заметил навострившую уши Асю и, улыбнувшись, сказал:
- Ну что, детка, дождалась? Видишь, твоя вера оказалась самой стойкой. Уже мы все разуверились, а ты, Ася, не прекращала ждать.- Филипп Янович погладил девочку по голове. – Молодчина!
- А можно мне с мамой посидеть? – набравшись храбрости, спросила девочка.
- Ступай, только тихо.
Ася тихо вошла в комнату и села на стул напротив кровати.
- Это ты, Ась? - в полудреме спросила мама. Она лежала на животе, а спину закрывала повязка, местами уже мокрая.
-Ага, - прошептала девочка.
- Иди ко мне, - позвала мама и, морщась от боли, повернулась на бок. Ася быстро залезла к ней, легла поверх покрывала, обняла обеими руками. Почувствовала, как мамины руки крепко обхватили ее, прижали к самому сердцу.
- Как же я ждала тебя! - проговорила Ася.
- Я знаю, доченька. Твоя любовь и вера придавали мне силы! – из маминых глаз хлынули слезы.
- Не плачь, пожалуйста, не плачь!- уж не сдерживаясь, заревела Ася следом. – Ты же самая лучшая мама на свете!- Она принялась ладошками вытирать слезы с родного лица, а мама ловила ее руки и целовала. Они смеялись и плакали одновременно, зная и чувствуя, что больше никогда не случится ничего плохого. Просто не может. Ася задремала, а Рита долго еще лежала и думала, что только мысли о дочери помогли ей выжить, хотя иногда опускались руки, и казалось, что никогда не выйти на волю и не увидеть Асю. Но из Москвы прилетел следователь с проверкой, и началось разбирательство по каждому делу. Этой ночью многих повыпускали. Человек пятьдесят. Шатаясь от слабости, Рита вышла за ворота тюрьмы, стоявшей прямо на берегу моря, и сразу увидела коренастую фигуру Марка, поймала его радостный взгляд. Он как-то узнал, что сегодня ее выпустят, и пришел встречать. Она остановилась, все еще не веря, что кошмар последних десяти месяцев закончился. Море билось о берег прибоем, на небе начинали гаснуть звезды. Свобода! Она стояла как вкопанная и смотрела на Марка, словно не могла двигаться дальше . Он подбежал к ней, но сил уже не осталось. Рита почувствовала, как накатывает темнота. Марк подхватил ее на руки и, скользнув теплыми губами по холодной щеке, прошептал на ухо:
- Не вздумай помереть, душа моя. Мы так долго ждали тебя. Я и Ася!
Через тридцать с лишним лет двое встретились на симпозиуме. Он - директор завода, она - известный эксперт. Он уселся рядом с ней и, достав из кармана пиджака специально припасенное с обеда яблоко, протянул его даме.