«Прошу авиагруппу немедленно завершить боевую задачу, иначе это станет обузой для обороны базы».
«Кроме того, здесь обнаружено большое количество летающих монстров. Чтобы спасти человеческие жизни, пожалуйста, улетайте с базы и найдите безопасное место для приземления».
«Хотя я не знаю, как долго вы сможете прожить, пожалуйста, живите».
«Воздушный строй, пожалуйста, немедленно покиньте базу».
Формирование истребителей зависло на долгое время.
«Повторяю приказ. Пожалуйста, немедленно покиньте базу».
«База благословляет вас».
Общение закончилось. На канале больше не было звука. В салоне слышался только звук напряжённого дыхания людей. Офицеры смотрели, как земля под ними превращается в руины, и было трудно описать выражение их глаз, будь то ненависть, отчаяние или что-то похожее на пепел.
Наконец, по каналу связи раздался голос пилота другого самолета.
– PJ143 вызывает PL1109.
– Куда вы направитесь?
Офицер PL1109 посмотрел на Лу Фэна.
– У полковника Лу богатый полевой опыт.
Другими словами, подразумевалось, что Лу Фэн должен решить, куда эвакуироваться. Лу Фэн взял коммуникационный терминал.
– На плато №7 находится шестизвёздочный военный лагерь с объектами жизнеобеспечения. В ущелье 313 к северо-западу от Центральной котловины нет могущественных смертоносных монстров, но есть вода. Если у вашего истребителя достаточно топлива, вы можете подумать о базе Подземного города.
Он обозначил три места мягким тоном, а затем сказал:
– Пожалуйста, выбирайте самостоятельно.
– PJ179 спрашивает PL1109, куда вы направитесь?
Лу Фэн молчал. Он оглядел людей в салоне.
– Бездна, – наконец ответил он. – Собираюсь помочь Научно-исследовательскому институту Хайленд.
– Место дислокации фракции слияния? – офицер резко поднял взгляд. – Это территория гетерогенных.
– Я знаю.
Такой же запрос пришёл из коммуникатора.
– Вы собираетесь спасти врага?
– Разве регион, населённый монстрами, не более опасен?
– Пожалуйста, объясните причину.
– Это моё личное решение. Научно-исследовательский институт Хайленд – единственное существующее человеческое поселение за пределами базы. – голос Лу Фэна был лёгким. – Пожалуйста, выберите своё направление.
Капитан PL1109 не стал возражать. После недолгого колебания он включил рулевое устройство.
Двигатель взревел, и истребитель медленно повернул на юг. Из коммуникатора снова послышался звук.
– Могу я спросить… кто вы?
– Лу Фэн из Суда высшей инстанции.
Наступила тишина. PL1109 поднялся в небо. Огни на его крыльях погасли, когда он направился к Бездне в эту необъятную ночь. Над базой в парящем строю первый истребитель последовал за PL1109 на юг.
Второй. Третий. Огни крыльев и задние фонари сливались в поток текущих огней ночью, пока не осталось только два.
– PJ254 и PJ113 решили остаться и умереть вместе с базой. – Желаю вам победы.
Капитан PL1109 ответил:
– Желаю нам светлого будущего.
– Берегите себя.
Бездна, Научно-исследовательский институт Хайленд.
Как только магнитное поле исчезло, изображение на экране изменилось. Весь хаос исчез, остался только шум, равномерно распределенный по экрану. Это нельзя назвать правильным или неправильным. Это выглядело хаотично, но с неописуемой опрятностью.
Полли так и смотрел на экран. Он просто смотрел на экран, но Ань Чжэ чувствовал, что тот смотрит через экран на огромный неописуемый объект. Он вспомнил, что Тан Лань сказал Полли час назад. В то время Тан Лань спросил, понял ли Полли что-то, но тот не хотел им говорить, потому что они, возможно, не смогут увидеть правду.
В этот момент у глядевшего в глаза Полли Ань Чжэ в голове возникла та же мысль. Он спросил:
– Вы что-нибудь понимаете?
В тишине Полли ответил:
– Может, не совсем, но это частота.
– Частота?
– Атомы, электроны, фотоны и материя состоят из основных частиц. Из чего состоят основные частицы? Из частот. Частоты – это линии энергии в двухмерном пространстве. Как только струны начинают вибрировать с определённой частотой, они становятся частицами в нашем пространстве-времени. Клетка Симпсона – шедевр в области физики высоких энергий. Сначала люди использовали её, чтобы проверить правильность теории струн. Теперь это действительно может оказаться правильным.
Ань Чжэ мягко сказал:
– Я не понимаю.
– Это не имеет значения, я воспользуюсь аналогией. Когда ты берёшь в руки скрипку, ты перебираешь разные струны. Струны колеблются при защипывании, и разные колебания издают разные звуки. Мы называем единицы энергии во Вселенной «струнами», и различные частоты, на которых колеблются струны, производят различные частицы, составляющие наш мир. Физические законы мира, в котором мы живём, раньше были стабильными, потому что наши струны постоянно воспроизводили музыкальное произведение. Таким образом, электроны – это были электроны, атомы – это атомы, и физические формулы всегда были этими формулами. Сейчас…
Глаза Ань Чжэ расширились, когда он понял, что хотел сказать Полли.
– Самое страшное не ом, что эта теория верна. А то, что… сейчас настало время, когда меняется музыка. На струнах вселенной сыграют по-другому. Или, возможно, частота Вселенной всегда была хаотичной, но люди родились в короткий стабильный период. Как только этот стабильный период закончится, всё вернётся обратно к хаосу.
Состав нижнего слоя мира, закон физики, представлял собой симфонию, сыгранную с использованием партитуры. Теперь эта старая мелодия закончилась, и вот-вот начнётся новая прелюдия. Не существовало фиксированного закона. Только вечный хаотичный ужас.
Ань Чжэ выглянул в окно. Серый свет медленно озарил небо. Казалось, прошло всего три или четыре часа с тех пор, как наступила ночь, но утренний свет уже начал подниматься.
– Каждый закон рушится, и материалы искажаются по своей сути. Ты, я, земля, солнце и галактика. Вращение ускоряется, – сказал Полли.
Ань Чжэ спросил:
– Что будет в конце?
– Я не знаю, – Полли медленно покачал головой. – Биологические существа и неживая материя смешаются, все осязаемые вещи изменятся, время и пространство будут искривлены, и всё вокруг изменится. Некоторые вещи невозможно понять, но одно можно сказать наверняка…
Ань Чжэ ждал ответа.
– Мы все умрём.
Ань Чжэ снова отчаянно закашлялся. Казалось, он откашлял почти всю кровь, текущую в теле. Слабость охватывала его быстрее, чем искажение материи. Он упёрся коленями в стул у камина. Он был ещё жив, и казалось, ему суждено стать свидетелем вымирания человечества в конце своей жизни.
Тан Лань оставался снаружи. Институт был полон полулюдей-полумонстров. Некоторые из них обладали мощными боевыми способностями, в то время как другие были обычными животными и растениями, даже медленнее и неудобнее людей.
Каждая ветвь огромной виноградной лозы, окружавшей институт, стояла в агрессивной позе.