Старушка замолчала и опустила глаза, а папа, мама, бабушка и восемь детей испугались ещё больше.
- И самое главное, - продолжала старушка, - Антон пригласил в Осло на Рождество всех своих братьев и сестёр с их семьями. У нас соберётся так много народу, что я уж и не знаю, как мы все разместимся в нашей одной комнатке.
- Ты хочешь сказать... - начал папа, но голос у него сорвался, и он замолчал. Наконец он набрался храбрости и выпалил: - Ты хочешь снова купить у нас свой дом?
Все затаили дыхание.
- Нет! Нет! Что вы! - воскликнула мать Антона и даже подпрыгнула на табуретке. - Я об этом и не думала. Ни за что на свете я не хочу снова жить в этом доме! Нам так нравится жить в городе! Нет, я хотела попросить вас совсем о другом... Но наверное, это невозможно.
- Так в чём же дело? Говори скорей! - взмолился папа; он просто умирал от волнения.
- Мне очень трудно сказать это, - вздохнула старушка.
- А молчать ещё хуже, - заметила бабушка.
- Ну ладно, сейчас попробую. Дело в том... Я только хотела спросить, не одолжите ли вы нам этот дом на Рождество и на всю рождественскую неделю до Нового года, чтобы Антон мог встретить Рождество вместе со всеми родными здесь, в лесу, как он мечтал все эти годы. Он всегда представлял себе, что выйдет рождественской ночью в наш лес, увидит звёзды, ну и всякое такое... И всей нашей семье хватило бы здесь места, а вы бы могли пожить это время у нас: ведь раньше вы там помещались... Только я знаю, что вам не захочется уезжать отсюда. Так вы мне прямо скажите и, пожалуйста, не сердитесь на меня за мою просьбу. А Антон... он даже и не знает, что я поехала к вам...
На некоторое время воцарилось молчание.
Мортен посмотрел на Мину, Мина - на Милли, Милли - на Мону, Мона на Мадса, Мадс - на Марту, Марта - на Мартина, Мартин - на Марен, Марен - на маму, мама - на папу, папа - на бабушку, бабушка посмотрела на мать Антона и сказала:
- Я бы с радостью одолжила вам дом на это время. Конечно, тебе очень хочется доставить радость Антону, но дом не мой и решаю здесь не я, а отец.
Папа повернулся к маме и сказал:
- Мне кажется, бабушка права, надо уступить им дом на это время.
- Я тоже так думаю, - согласилась мама.
Дети одобрительно закивали головами, а у матери Антона на глаза навернулись слезы.
- Я так рада, так рада... - говорила она. - Вы все такие добрые, такие хорошие...
Она быстро попрощалась и уехала в город.
Всем было приятно, что мать Антона обрадовалась, но, по правде говоря, никому не улыбалось провести Рождество и всю рождественскую неделю в прежней тесной квартире.
- Может быть, нас пригласят к себе Хюльда и Хенрик? - спросила мама. Но папа сказал:
- Нет, к сожалению, это невозможно, они как раз сегодня говорили, что ждут на Рождество гостей из Нурланна.
- Ну ладно, давайте ложиться спать, - предложила мама. - Чтонибудь придумаем.
И они действительно что-то придумали, но что именно, вы узнаете только в следующей главе.
РОЖДЕСТВО
На другой день папа уехал из дома, как обычно. Мама занималась хозяйством, и казалось, что никто уже больше не думает о Рождестве.
Вернулся папа очень весёлый. Он схватил маму за руку, утащил её в гостиную, плотно закрыл дверь и прошептал маме на ухо:
- Всё в порядке. Я с ними обо всём договорился и уже закупил и отвёз всё, что надо. Только давай пока никому ничего не говорить. Пусть это будет сюрприз.
- Правильно! Ни слова! Я только скажу детям, что они должны взять с собой.
Весь вечер мама с трудом сдерживала смех, и дети никак не могли понять, чему она радуется, когда всем так грустно.
Ещё несколько дней назад дети усердно готовили рождественские подарки друг другу, а теперь уже больше никому не хотелось этим заниматься. Ведь они всё равно должны уехать из дома. Но мама пристыдила их:
- Нечего вешать носы! Я уверена, что у нас будет чудесное Рождество! И, по-моему, мы должны сделать подарок Антону.
- Конечно, - согласился с ней папа. - Я заказал большую фотографию нашего дома. Я думаю, Антону понравится такой подарок.
- Мама, а ты поедешь в город за продуктами? - спросила Марен. Ведь рождественский ужин нам всё равно надо приготовить?
- Да, да, конечно! - ответила мама, но в город так и не поехала.
- Может быть, ты заказала все продукты в магазине в Тириллтопене? - спросил Мартин через несколько дней.
- Может быть, - ответила мама. В сочельник мама сидела, ничего не делая, и смотрела на белые, только что повешенные занавески.
- Разве ты не будешь, как обычно, тушить сегодня капусту, чтобы завтра было поменьше возни? - спросила Марен. - Ведь завтра уже Рождество. А раньше мы на Рождество всегда готовили жареную грудинку.
- Ты не беспокойся, Марен, всё будет в порядке, - сказала мама, не трогаясь с места.
Дети с удивлением смотрели на маму.
- Не будет завтра никакого Рождества, потому что ты ничего не делаешь! - воскликнула Мона.
- Как - ничего не делаю? Сейчас я буду упаковывать вещи. Нарядные платья мы наденем на себя, а лыжные костюмы я упакую в рюкзаки, спокойно ответила мама.
- Зачем нам в городе лыжные костюмы? - спросила Марен.
- Не спрашивай, а помогай мне. Для рождественских подарков нужно взять отдельный мешок, - сказала мама.
- Возьми мой старый морской мешок, - посоветовал папа. - Он как раз подойдёт.
- Мне снова придётся спать на кухонном столе? - спросила бабушка. - Только бы я не свалилась с него, я ведь уже не такая молодая, как раньше.
- Не беспокойся, бабушка, я уверен, что спать тебе будет хорошо, успокоил её папа.
- Легко сказать, - заметила бабушка, - ты вот скачешь, как мяч, тебе и не страшно.
Папе очень понравилось, что он похож на мяч, и он весело запрыгал по кухне.
Наступило Рождество.
И как раз в то время, когда все люди были заняты украшением рождественского стола, перед домом в лесу стоял грузовик, в кузове которого лежали рюкзаки с одеждой и папин морской мешок с рождественскими подарками. Мама в последний раз обошла дом, проверяя, всё ли в порядке. Бабушка прошмыгнула в сарай с горшочком каши. Мортен побежал за ней.
- Это для ниссе? Да, бабушка? - прошептал он.
- Да. Только не говори никому об этом. Теперь таких вещей уже никто не понимает.
- А я понимаю, - гордо сказал Мортен. - Я всегда буду угощать ниссе кашей на Рождество.
В лесу послышался шум автомобиля.
- Они едут на такси, - сказала мама.
Антон и его родственники действительно приехали на такси, но не на одном. Во двор въехали сразу три машины, и из них вышло множество людей.
- Это все мои дети и внуки, - сказала мать Антона, - а правнуков у меня, к сожалению, ещё нет.
- Вот ключ. Желаю вам счастливого Рождества. Особенно тебе, Антон! - сказал папа и сел в кабину.
Дети мигом забрались в кузов, и грузовик выехал на лесную дорогу. Папа, наверно, задремал за рулём, потому что он не свернул на городскую дорогу, а продолжал ехать дальше в лес.
- Папа, ты не туда едешь! - крикнул в кабину Мартин.
Папа сделал вид, что ничего не слышит.
- Папа, ты перепутал дорогу! - закричали все дети.
- Ты сошёл с ума, отец! - закричала бабушка и поднялась в кузове во весь рост.
Тогда папа высунулся из кабины и громко скомандовал:
- По местам! Отставить разговоры! - и поехал дальше.
- Может быть, папа хочет, чтобы мы встретили Рождество в лесу? спросил Мадс.
- Мне тоже так кажется, - согласилась бабушка.
- А ведь здесь очень красиво! - заметила Марен.