— Что ты ему сказал?
— Послал в задницу.
— Значит, ты снял на видео момент передачи денег Нгуену на тот случай, если де Кор попытается повесить на тебя всю ответственность? Таким образом ты сможешь доказать, что в эти дела вовлечено правительство.
— Совершенно верно. Вот почему ему так необходимо заполучить эту пленку. Вот почему он принес фотографии Мину — чтобы полицейские сделали свое грязное дело, если до этого дойдет. Мин — простой сыщик, он честный, но его могут использовать. Вот почему этот парень заставил Лоуренса устроить погром в твоем доме. Теперь мне ясно, что Лоуренс — это еще одна пешка, которую заслали в Маленький Сайгон, чтобы отмазать правительство.
— Пешка, к услугам которой генерал Дьен. Теперь все встает на свои места.
— Чак, эта пленка служила мне как бы защитой. План был таков: снять с нее копию, положить обе кассеты в надежное место, чтобы передать их на телевидение, если со мной что-то случится. Но все произошло так быстро. Я думал: сделаю это завтра, сделаю завтра. Ну что ж, завтра наступило, Ли грубо похитили, и самое лучшее, что мне оставалось — это передать пленку незаинтересованному лицу — тебе. Если Лоуренс передал ее де Кору, то в моем парашюте образовалась большая дыра.
— Если бы правительство хотело перекрыть канал поставок — стали бы они выводить Ли из игры?
Беннет покачал головой.
— Они вывели бы из игры нас обоих. Де Кор защищает свое ведомство, он просто выполняет свою работу. Но они никогда не поступили бы с Ли подобным образом. Есть гораздо более простые способы.
— Ли — какова была ее роль в этом деле?
Беннет съежился под пиджаком, затягиваясь сигаретой.
— Де Кор снабжал нас средствами для главных операций, но основная масса направлялась прямо в Швейцарию. Ли совершала поездки в Цюрих, чтобы расплатиться с нашими людьми, которые действую там. Помнишь, она всегда брала с собой кассеты? На них были записаны песни, новости, пропаганда, но еще шифрованная информация. Явки, места высадки десанта, контакты во Вьетнаме, время, даты, адреса. Планы по координации вооруженных выступлений и террористических актов были зашифрованы в самих программах — в порядке следования песен, в первых буквах названий — и тому подобное. Мы все устраивали заранее. Ли не точно знала, что планируется, пока не приезжала туда и не прослушивала записи. Таким образом, если бы ее поймали, организация в целом не пострадала бы. Ли, собственно говоря, не являлась составной частью сопротивления — она функционировала как ключ к шифру.
Фрай попытался уложить в голову эту информацию. В новом свете предстали некоторые известные ранее подробности.
— Кто, кроме тебя, знал, что эта пленка находится у меня?
— Доннел. Нгуен Хай. И Ким, девушка, которую ты подвозил на аэродром.
— Выходит, один из них — предатель?
Беннет кивнул.
— Один из них.
— Может, Ким? Но если это она, что будет с Подпольной армией? Неужели она выведет их на след, выдаст всю сеть?
Беннет вздохнул.
— Она отправилась во Вьентьян. Предполагалось, что она свяжется с нашими людьми, и через территорию Таиланда проникнет в Кампучию. Оружие, которое мы отправили из «Парадизо» будет ждать в деревне, контролируемой Красными Кхмерами. О ней ничего не слышно, Чак. Тишина. Мы получили подтверждение, что вчера Тхак был на месте. И это убеждает меня в том, что история Виггинса о его якобы домашнем аресте является выдумкой. Но молчание Ким означает или то, что ее держат на мушке, или то, что ее предали, и моих людей сейчас, пока мы здесь сидим, уничтожают.
Фрай задумался.
— Что хорошего сделала Подпольная армия? Что они совершили?
— Многое, Чак. Они транслируют программы по подпольному радио прямо на Ханой. Вербуют разочаровавшихся. Собирают под свои знамена крестьян, чьи деревни были уничтожены коммунистами. Взрывают мосты, нападают на склады. Выматывают кишки регулярным войскам.
— Не так уж много.
Беннет посмотрел на брата.
— Так же начинал Хо Ши Мин. Так вызревают революции. Вот почему Ханой бросает на нас отборные силы. Вот почему они развязали руки Тхаку в действиях против нас.
— Радиопередатчик работал на Сайгоне-плазе. Они говорили с Тхаком?
Беннет кивнул.
— Это мое мнение.
Фрай дал немного газа, направил вельбот на тихую отмель, за которой начиналось глубоководье. Они вошли в гавань по проливу. Проплывая мимо шейки полуострова, Фрай видел огни больших ресторанов, отражающиеся в спокойной воде, слышал смех и музыку с прогулочных катеров. Большая компания в патио Морского вокзала подняла бокалы и помахала.