— Твои слова ничего не значат для человека, который летел навстречу смерти.
Полковник проковылял к столу и сел. Дыхание его было частым, оно с тяжелым свистом вылетало из обезображенного носа. На некоторое время он погрузился в свои бумаги.
— Я всегда хотел открыть людям правду. Те дни до сих пор ясно сохранились в памяти. В общем-то, они мало что значат. Что такое намерения и убеждения? Что такое причины и мотивы? Это то, что мы задним числом приспосабливаем к нашим поступкам. Важны только поступки. А все остальное — удобная ложь.
Беннет приподнялся на стуле.
— Как же ты выжил, Лам?
Тхак посмотрел на него.
— Деревья были высоки. Вода глубока после муссонов. Падение смягчили сначала листва, потом ветви, потом болото. Коммунисты подобрали меня и отнесли в туннель умирать, но я остался жить. Тьма стала моей союзницей. Когда я пришел в сознание и увидел свое лицо, я понял, что Лам умер. Мне было противно это лицо. Я понял, что останусь в туннелях, чтобы никто не увидел этого лица. И даже с переломанными ногами я мог ползать, не отставая от остальных. Все что я знал наверняка — это то, что ты предал мою правду. И еще я знал, что твоя страна предала мою страну. Моя вера в Америку была верой в тебя, Беннет. — Тхак умолк и покачал головой. — Ты права, я был гораздо глупее, чем ты, Кьеу Ли. И почти такой же наивный.
— Ты стал оборотнем.
Тхак опять улыбнулся. Фрай заметил, что в его глазах появилось выражение мрачной гордости.
— Коммунизм. Демократия. Теперь мы знаем, что это только слова. Это две толстых старухи, дерущихся за чашку риса. Я повернулся к своей нации, к своему народу. Я заглянул в себя и спросил, как это со мной могло случиться? Я повернулся к себе.
— Но как ты проник в Штаты?
— Я долго строил планы и долго ждал. В этой стране у меня много товарищей. Когда я первый раз услышал эти песни по подпольному радио, я был почти уверен, что это Ли. Потом я узнал, что «Голос Свободы» замужем за американцем. Мои подозрения оказались правильными. Я долго строил планы и долго ждал, лейтенант.
— Сколько лет Ким работала на вас?
— Четыре года. У нее осталась семья во Вьетнаме. Ее было легко использовать. Дезинформация, которую она доставляла вам из Вьетнама, оказалась очень эффективной. Видишь, как легко тебя одурачили? Я знал, что жители Маленького Сайгона поверят в то, что я здесь. А вы, американцы, никогда в это не поверили бы. Я использовал ваше зазнайство как орудие против вас. Я воспользовался туннелями под Сайгон-Плазой, потому что это моя стихия. Ким рассказывала мне новости.
— А «Смуглолицые»?
Тхак медленно встал.
— Они не задавали вопросов и не просили много денег. Это испуганные мальчишки.
— Почему ты вызвал меня сюда? На аэродром?
— После того, как погиб Зуан и ваша сеть начала распадаться, это было надежным местом. Безопаснее всего находиться во вражеском лагере, в котором не осталось врагов. Перед тем как приехать сюда, мы держали Ли в Лос-Анджелесе. У нас и там есть сочувствующие нам друзья.
— Вы победили, полковник. Вы подавили сопротивление, верно?
Тхак покачал головой.
— Я взял сто двенадцать человек из вашего подполья. Их будут судить за предательство. Остался только один, и ты должен нам его выдать. Мы знаем, что он занимает высокое положение в Ханое и нам надо действовать с осторожностью. Один из его псевдонимов — Натан, верно, лейтенант? Натан, который выдает вам наши позиции, численность наших сил, который дезинформирует наших лидеров. Натан, первый шпион для вашей страны? Да, теперь вижу, что я прав.
Дыхание полковника вновь участилось. Фрай видел, как пот бежит по его лицу.
— Посмотри, сколько всего мне удалось совершить. Я уничтожил сопротивление, заставил замолчать «Голос Свободы». Убрал несносного Тай Зуана. Показал жителям Маленького Сайгона, какие они жалкие и беспомощные. Теперь и ты в моей власти, лейтенант.
Беннет наклонил голову. Немного спустя он посмотрел на чемоданы с деньгами, потом на Тхака.
— Я привез тебе деньги. Возьми их и отпусти нас.
— Твои деньги — это грязные деньги, лейтенант. Я потребовал их для того, чтобы расплатиться с теми, кто помогал мне в этой операции. Мне эти деньги не нужны.
— Тогда нам конец.
Тхак взял со стола ручку и бумаги и поднес их Беннету.
— Почти. То, о чем мы говорили — здесь все написано. А еще признание в том, что ты ответствен за организацию Подпольной армии во Вьетнаме. Что ее финансировало ваше правительство. Еще здесь приведен список злодеяний этой армии. Взорванные мосты, диверсии на заводах, мужчины и женщины, которых они убили. Прочти, и ты убедишься, что информация точная. Подпиши.