ПЛ: Но не получится ли так, что мать останется всеми брошенной? Не попробовать ли им пройти какой-нибудь курс семейной терапии?
ШОН: Конечно, это тоже вариант. Но, по моему мнению, проблема — в самой матери, а не в семье. Мать должна научиться жить собственной жизнью, независящей от Джулиана.
Вот бы и мать Анны научилась жить своей собственной жизнью!
ПЛ: И как ей это сделать?
ШОН: Ну, вероятно, у нее тоже есть друзья, с которыми стоит поддерживать отношения. Или хобби. Кроме того, существует масса различных групп психологической поддержки для одиноких женщин. Джулиан должен содействовать тому, чтобы она искала помощь. В сущности, это единственное, что он может для нее сделать.
Конечно, у Барбары есть сад, за которым надо ухаживать.
ПЛ: И это все? Да?
ШОН: Да. Джулиану не следует забывать о том, что он взрослый и независимый человек Что одинокое и безрадостное детство давно прошло. Теперь он может искать и реализовать себя, как взрослый человек И это пойдет ему только на пользу.
ПЛ: Спасибо, Шон. На этом мы заканчиваем наш сегодняшний выпуск. У нас уже действительно не остается времени. Джулиан, просто помни, что никогда не бывает слишком поздно, чтобы вернуться в счастливое детство. Правда, Шон?
ШОН: Да.
Поезд въехал на станцию «Свисс-Коттедж», и Анна встала со своего места. Читая написанные черным по белому слова Шона, она чувствовала себя оправданной. Конечно, она была права, порвав с матерью.
Все было совершенно очевидно. Она не несла ответственности за свою мать (вернее, за Барбару). Единственное, что их объединяло, — это общая фамилия, да и то сейчас Анна даже не чувствовала себя одной из Поттеров. С настоящего момента она оставит свое детство позади и начнет строить свою взрослую жизнь.
«Наконец, — подумала она, — я буду свободна от Барбары».
Глава двенадцатая
Ру даже покупки совершала так, как будто соревновалась с кем-то в заполнении своей корзины рисом, макаронами, хлебом, орехами, грибами, картофелем. Ее корзина выглядела так, словно ее сейчас будут фотографировать для раздела о вкусной и здоровой пище какого-нибудь глянцевого журнала. Все продукты в ее корзине идеально сочетались между собой по цвету.
Анна удивлялась тому, как ее подруге удается такая элегантная корзина. Такое же чувство у нее возникало, когда она смотрела кулинарные передачи по телевизору. Анна знала, что эти повара используют те же ингредиенты, что у нее в холодильнике, однако она не могла приготовить из них ничего кроме бутерброда с сыром и яйцом, в то время как поварам удавалось приготовить из тех же ингредиентов сырное суфле и греческий соус «авголемоно». Сгорая от стыда, Анна заполняла свою тележку полуфабрикатами и сладкими напитками в жестяных банках.
Был вечер вторника, и Ру предложила Анне съездить в супермаркет, чтобы закупить продукты.
И вот теперь Анна думала, что Ру специально уговорила ее на эту поездку, чтобы вдоволь посмеяться над продуктами, которые покупала Анна, специально разработанными для женщин-одиночек, озабоченных своей карьерой и бегающих с одного совещания на другое. Теперь, когда Ру перестало тошнить по утрам, или ей просто надоело жаловаться на тошноту, она опять взялась ругать все подряд.
Анна совершенно бессознательно пихала в свою тележку полуфабрикаты и продукты легкого приготовления. Ру же совершала покупки осознанно, отказываясь покупать то, что хоть как-то ассоциировалось с коррумпированным военным режимом. Она смеялась над сухими завтраками Анны:
— Анна, в твоих продуктах так много консервантов, что ты будешь жить вечно.
— Очень смешно, — огрызнулась Анна Ее бесило неприкрытое стремление Ру к превосходству. Да и ее нелепое имя тоже. Лучше бы подругу звали Люси и Мэди, как-нибудь стильно и более современно, чтобы Анна не стеснялась громко звать ее где-нибудь на вечеринке или в супермаркете.
Оскар сидел, пристегнутый ремешком, на детском сиденье тележки Анны. Ру взяла не тележку, а корзинку, поэтому Анне, как обычно, пришлось пожертвовать свободой передвижения ради подруги. Каждый раз, когда Анна брала какой-нибудь товар с полки, Оскар хватал что-нибудь с противоположной полки.
У Анны появилось ощущение, что она играет в какой-то плохонькой комедии про современную одинокую женщину, которую бросили с чужим малышом на руках в супермаркете.