— Дружбу невозможно рассортировать, — утверждал он.
— Ру сортирует абсолютно все, — отвечала Анна.
Ничего удивительного, что Ру присвоила себе самый высокий ранг даже как подруга. Иногда Анна чувствовала гораздо большую близость с Мирной, но Ру вечно стремилась поставить себя на первое место. Когда бы Анна ни упоминала про свою соседку, Ру говорила:
— Знаешь, а я считаю тебя своей лучшей подругой.
Она говорила это таким собственническим тоном, как будто ей отвратительна даже мысль о том, что она может быть второй лучшей подругой. И так было во всем.
— Правда, забавно было, когда та старушка вытащила свои собачьи консервы? — сказала Ру, покосившись на Анну.
— Да, — ответила Анна, но не улыбнулась — сейчас она чувствовала себя очень смелой. — Хорошо, Ру. Я хочу задать тебе один вопрос, — продолжила она. — На самом деле я уже давно хотела задать его. В десятой главе Вильгельм Гроэ писал: «Попросите своего друга назвать пять слов, которые, по его мнению, характеризуют вашу личность».
— Зачем тебе это? — Ру была сбита с толку.
— Я хочу, чтобы ты назвала мне пять слов. Всего лишь. Почему ты вечно…
— Хорошо-хорошо. До сегодняшнего дня ты была: застенчивая, значит… добрая, отзывчивая, покладистая, счастливая.
— Счастливая? — переспросила Анна.
— А что ты хотела, чтобы я сказала? Глубоко несчастная?
— Ладно.
«А теперь сами подберите для себя пять слов», — советовал Гроэ; и Анна выбрала: умная, чувствительная, честолюбивая, общительная, сексуальная. «А теперь попытайтесь разобраться, почему ваше собственное представление о себе не совпадает с представлением о вас вашего друга. И попытайтесь сузить этот разрыв между вашими представлениями».
— Так, значит, ты не считаешь меня умной?
— Ну, в классическом понимании, нет.
— А как насчет общительности?
— Только если ты знаешь человека уже десять лет. В противном случае, я бы, право, подобрала тебе совершенно противоположное определение. Мне всегда приходится…
— Ты не считаешь меня честолюбивой?
В ответ Ру только фыркнула.
Если ваш друг по-прежнему не видит вас таким, каким вы себя видите, необходимо разобраться, почему так происходит. Прежде всего задайте себе вопрос: соответствует ли истине представление вашего друга о вас? Не является ли оно субъективной оценкой? Чтобы проверить это, воспользуйтесь моим методом. Задайте другу несколько вопросов, которые приводятся на следующей странице. Помните, на каждый вопрос вы должны иметь свой собственный ответ.
— Хорошо, если бы я была цветом, то каким именно?
«Голубым — спокойным, прохладным, цветом летнего неба».
— Если бы ты была чем?
— Цветом.
— Боже, не знаю. Зеленым, наверное.
«Зеленым? Скучным? Приземленным? Блеклым и невыразительным?»
— Если бы я была страной, то какой? «Испанией — веселой, красивой, с богатой культурой».
— Проклятье…
— Просто ответь на вопрос.
— Канадой, — твердо ответила Ру.
«Канадой? Тихой? Второстепенной? Скучной?»
— Хорошо. Последний вопрос. Если бы я была временем года, то каким?
«Летом — энергичным, солнечным, свободным».
— Ну, я не знаю, к чему ты все это спрашиваешь, но… Весной, — решила Ру.
«Весной? Умеренной? Раздражающей? Неопределенной?»
Это было последней каплей. Анна всегда представляла себя человеком лета, попивающим коктейли под жарким солнцем Испании. Счастливым человеком в большой широкополой шляпе.
«Если это тоже не помогло, то, возможно, проблема не в вас или вашем друге, а в вашей дружбе. Возможно, пора усомниться в ценности такой дружбы. И найти себе другого друга, такого, который соответствовал бы вашим требованиям. Помните: вы заслуживаете лучшего».
— Я заслуживаю лучшего, — пробормотала Анна, сворачивая на кольцевую развязку.
— Черт! Смотри, куда едешь!
— Хватит меня учить!
— Анна, я тебя не учу, — вздохнула Ру. — Я даже не понимаю, к чему ты клонишь, задавая свои дурацкие вопросы. В следующий раз ты начнешь раскладывать карты Таро.
— Я сыта по горло твоими субъективными оценками.
— Проклятье, теперь я понимаю, почему ты всегда споришь со своей матерью. И я начинаю принимать ее сторону…
— Дело не в том, чью сторону ты принимаешь. Почему ты всегда и во всем принимаешь какую-то сторону или позицию? Ты вечно карабкаешься по какой-то лестнице. Жизнь — это не соревнование.