— Ты обрадуешься, когда узнаешь, что в конце концов я так и не встретилась с Джастин. Отчасти благодаря этим самым книгам из серии «помоги себе сам», над которыми вы оба только что насмехались…
— Почему это я должен обрадоваться? — возразил Том. — По-моему, все это довольно интересно. Нечасто предоставляется возможность…
— А мне показалось, что ты советовал мне не ходить к ней. Мол, теперь, когда мы стали взрослыми, мы живем по другим правилам. Разве это не твои слова?
— Ну, это было раньше. Вообще-то она мне понравилась.
— Бог мой, ты шутишь! — вставила Мирна.
— Тебе не кажется, что она просто меня использует? Она всегда меня обманывала.
— Нет, у меня создалось впечатление, что она ценит твое мнение. Мне показалось, что она смотрит на тебя почтительно, как на образец для подражания.
Анна замолчала. Почувствовав гнетущую атмосферу, Мирна попыталась разрядить ее и стала подпевать рекламе тампонов, которую в этот момент показывали по телевизору: «Это моя жизнь…»
Неужели Том прав, думала Анна. Когда ее мать говорила о Джастин, у нее внезапно защемило сердце. Наверное, от раскаяния. Но она черпала утешение в словах Шона: «А кто сказал, что это будет легко?»
— Ну, Мирна, кому адресовано твое письмо? — поинтересовался Том.
— Дочери серийного убийцы, — пробормотала Анна. Она уже собиралась извиниться за странное поведение своей соседки, но Том ее опередил:
— Правда?
— Эта девушка сама стала жертвой насилия, — ответила Мирна. — Мне захотелось что-нибудь сделать для нее. Но письмо не получилось. Это какой-то бред, а не письмо.
— Понятно. Могу я прочитать? — спросил он. Мирна кивнула и протянула блокнот. Том зачитал:
«… Я пишу, чтобы выразить свое глубокое сочувствие. Не могу представить, что значит испытать на себе насилие, издевательства и принуждение к употреблению наркотиков. Все это просто не укладывается у меня в голове…»
— Да нет, написано хорошо, — сказал он, и Анна обрадовалась, что хоть один из ее мужчин снисходителен к Мирне. Хотя разве Том ее бойфренд?
— Чушь, — проворчала Мирна. — Всегда, когда я излагаю свои мысли на бумаге, они звучат как-то фальшиво и навязчиво. Мне никак не подобрать правильный тон.
— Да, нет же, написано хорошо. Честно.
— Она хорошо пишет, — с гордостью сказала Анна.
На прошлой неделе она хотела попросить Мирну, чтобы та написала ЕМУ несколько писем от ее, Анны, имени. Но потом подумала, что из-за этих писем ОН может влюбиться в Анну. Или, вернее, в Мирну. Это очень напоминало сюжет про Сирано де Бержерака.
— Анна, это не творческое слово.
— Неважно. Я думаю, что ты получишь ответ.
— Я делаю это не для того, чтобы получить ответ.
— Тогда для чего?
— Потому что я глупая и надеюсь, что это как-то поможет, — грустно призналась она — Понимаешь ли, это письмо имеет определенную стратегическую задачу.
Мирна писала мною длинных писем, переполненных энергичными заявлениями и требованиями. Она писала в Министерство здравоохранения о несправедливом распределении льгот на медицинское обслуживание; она писала в Министерство развития заморских территорий о бедственном положении жертв наводнения в Гондурасе; она писала в Министерство финансов с жалобой на скудное пособие, получаемое вдовами погибших солдат («Так где все эти обещанные “дома, достойные своих героев”?»).
Обычно Мирне советовали обратиться куда-нибудь еще.
— Ну, я думаю, что твои письма все-таки помогают, — заверила Анна, вспомнив, как Мирна написала в железнодорожную компанию «Темза-линк» и получила в ответ десятифунтовый талон на покупку железнодорожных билетов компании. — Во всяком случае, вспомни то письмо от компании «Темза-линк».
Уважаемый господин или госпожа. Я пишу, чтобы выразить свою благодарность компании «Темза-линк». Раньше каждый раз, когда поезд опаздывал, у меня случались приступы паники. Но потом я поняла, что поезда компании «Темза-линк» опаздывают всегда! И на них нельзя полагаться, как, впрочем, и на все в этом ненадежном мире. В результате я больше не страдаю от стрессовых состояний. Спасибо компании «Темза-линк».
С уважением,
Мисс Мирна Ломонд.
— Ах, то письмо… Оно никому не помогло. За исключением меня.
— Ну, а я определенно полная бездарность в том, что касается писем, — сказала Анна, чтобы подбодрить Мирну.
— И я тоже, — признался Том, глядя на Анну. (Он явно сказал это только для того, чтобы подбодрить Анну.)