— Ты говорил о том, что люди держат многое в себе, — осторожно подбирая слова, начала я. — Ты и себя при этом в виду имел?
Отец молча кивнул, ожидая продолжения.
— Выходит, что ты до сих пор не смирился с тем, что она ушла?
— Иногда. А ты? Я рассмеялась.
— Остин говорит, что у меня синдром брошенной. Он говорит, что у меня никогда не установятся нормальные отношения с мужчинами до тех пор, пока я не разберусь в своих чувствах к маме. Он говорит, что мне надо закрыть эту тему.
Отец прихлопнул комара, севшего ему на предплечье. — Остин что, практикующий психиатр?
— Я думаю, что он насмотрелся тех программ, что идут по телику днем, — согласилась я. — Но даже маститые психиатры время от времени говорят о том же. Я ведь действительно хочу знать, что же на самом деле случилось с мамой. Почему она нас оставила? Куда она поехала?
— И почему она не послала за тобой? — Папа смотрел мне прямо в глаза.
Я почувствовала, как у меня расширились зрачки.
— Так ты знал?
— О чемодане у тебя под кроватью? Да. Я нашел его в тот первый и последний раз, когда я делал настоящую генеральную уборку перед Пасхой. Я вытащил его и открыл. И нашел твою маленькую пижаму, твои голубые джинсы, и тенниску, и твою любимую куклу Барби. И у меня чуть сердце не разорвалось оттого, что я понял, зачем ты его там прятала.
— Я хотела быть готовой, — сказала я тихо. — Я думала, что мама однажды подкатит на своем «малибу» и нажмет на сигнал. И я выскочу за дверь и увижу ее. «Давай, Кили, живее; минута — доллар!» — крикнет она мне. И ей не придется меня ждать, потому что мой чемодан уже собран.
— Что случилось с тем чемоданом? — спросил отец. — Я проверял потом, но его там не было.
— Я выросла. — Я взяла отца под руку. — И до меня дошли сплетни. Я знала, что мама уехала с тем мужчиной… с Дарвисом Кейном. Я знала, что она разбила не только мое сердце, но и твое. Я ее возненавидела. И сказала себе, что, если она когда-нибудь позвонит или напишет, я ей не отвечу. Не напишу в ответ. И если она появится, я прямо в лицо скажу ей, чтобы убиралась к черту.
Отец покачал головой.
— Мы слишком многое держали в себе слишком долгое время, ты согласна?
— Да.
—Я помню тот день, когда я заглянул к тебе под кровать и увидел, что чемодана нет. В ту ночь я впервые спал спокойно.
— Почему?
— Потому что ты была всем, что у меня осталось, — сказал он и снова отвернулся. — И я думал о том же, о чем думала ты. Я думал, что Джаннин вернется за тобой. И тогда у меня совсем ничего не останется.
Я снова просунула руку под руку отца и пожала его большую мозолистую ладонь. И он пожал мою.
Глава 33
Мы сидели в темноте за грубо сколоченным деревянным столом и смотрели на озеро. Сидели, пока нас не прогнали комары. И тогда мы вернулись к машине.
Отчего-то здесь нам было как-то легче говорить о ней — вдали от дома и от воспоминаний, с ней связанных.
— Глория говорит, что ты много расспрашивала ее о Джаннин, — сказал папа. — Это ее расстраивает.
— Я знаю. И я знаю, что вы оба старались меня защитить. Вы просто молодцы, смотрите, какую большую и умную девочку вырастили. Я — не совершенство, но я не натворила столько глупостей, сколько подчас совершают дети из семей, где родители развелись. Но теперь я уже взрослая, и есть вещи, которые я бы хотела узнать о маме.
— Ладно, — устало сказал отец. — Я расскажу тебе столько, сколько смогу.
Я сглотнула вязкую слюну.
— Остин навел кое-какие справки. В Интернете. Покопался в статистических данных штата; он сказал, что, по его сведениям, вы до сих пор не разведены. Это так?
— Справки он навел! — Голос отца звучал несколько раздраженно. — Он прав. Я не получал развод.
— Почему?
— Я не знаю, куда она уехала.
— Ты никогда не пытался выяснить?
Впервые за всю жизнь отец бросил на меня неприязненный взгляд. И голос его был почти злым.
— Черт возьми, я пытался. Разумеется, я заявил в полицию. И они провели расследование. Вначале они заподозрили меня. Решили, что это я с ней что-то сделал. Они всегда так думают, когда муж заявляет о пропаже жены. Но через некоторое время шериф прекратил поиски. В тот день, когда она пропала, я целый день был на работе. И человек десять подтвердили мое алиби. И никаких признаков двойной игры или фальши они не обнаружили. И Дарвис Кейн тоже исчез. Об этом много было разговоров в городе. Он тоже оставил жену и маленьких детей. Ты понимаешь, как это все выглядело. Но меня это не смущало. Я не хотел сдаваться. Я хотел знать, почему это случилось. Поэтому я нанял частного детектива. Потратил тысячи долларов, чтобы найти одни тупики. И в конце его расследования я знал едва ли больше того, что знал в тот день, когда она ушла.
— Не могла же мама просто взять и исчезнуть?