И пах он сосновой смолой. Но мне было все равно. Лучше какой-то шампунь, чем никакого. Я намазала голову шампунем и быстро сполоснула волосы. Через пять минут я уже выходила из душа. Я мысленно поздравила себя с тем, что потратила деньги Уилла на дорогие пушистые египетские полотенца. Я собрала волосы в конский хвост, но, вспомнив роскошный шиньон Стефани, разделила волосы надвое, скрутила их в жгут и спрятала концы. Так называемая французская косичка.
Вода смыла с меня грязь, но как быть с дырявой юбкой? Делать было нечего, я ее снова надела на себя, но забракованный Уиллом бюстгальтер я решила не надевать. Карманов у меня на юбке не было, а сумка все еще валялась на переднем сиденье «вольво». Я завернула бюстгальтер в бумажное полотенце и спрятала его на дне корзины для мусора в ванной комнате. Вот они — тридцать долларов в виде мусора, подумала я. Я утешила себя тем, что еще смогу заскочить сюда позже и забрать отсюда свой бюстгальтер.
Я чувствовала себя несколько необычно, разгуливая по дому чужого мужчины в одной тонкой шелковой блузке, но зато проклятые бретельки не сползали у меня с плеч. И проволочный каркас не впивался мне в тело. Я присоединилась к Стефани и Уиллу, они уже веселились вовсю. Хотела бы я захватить с собой еще один бюстгальтер. Хотела бы я захватить с собой помаду и, может, карандаш для глаз. И еще туфли. Трудно чувствовать себя профессиональным дизайнером по интерьерам, будучи босиком.
— Вот и вы! — воскликнула Стефани, когда я к ним подошла. — Вам лучше?
— Гораздо лучше, — сказала я.
Уилл сумел оторвать взгляд от своей ненаглядной и посмотрел на меня.
— У вас мокрые волосы? — спросил он довольно озадаченно.
— Да, — сказала я. — Надеюсь, вы не против того, что я приняла у вас в ванной быстрый душ.
Уилл подошел поближе и понюхал мою голову.
— От вас довольно странно пахнет, — сказал он. — Новогодней елкой, что ли?
— Я одолжила немного вашего шампуня, — сказала я. — «Гранж», кажется? С удовольствием вам его возмещу, если вы скажете, где вы его приобретаете. Я эту марку раньше не встречала.
— «Гранж»? — переспросила Стефани, наморщив нос. — С чего кому бы это могло прийти в голову так странно назвать шампунь?
Уилл глотнул из бокала на тонкой ножке.
— На самом деле, — с удовольствием сказал Уилл, — это не шампунь. Это паста для чистки кафеля. У меня небольшая проблема с плесенью в ванной, и сантехник порекомендовал это чистящее средство. — Махони услужливо мне улыбнулся. — Я могу дать вам адрес в Интернете, чтобы вы заказали еще.
Я поднесла руку к своей «французской косичке». Теперь, когда волосы наполовину высохли, они на ощупь были как-то странно твердыми.
— Спасибо и на том, — с улыбкой сказала я. — Теперь, думаю, я не стану пользоваться ничем, кроме известной мне марки.
Уилл поставил свой бокал и протянул мне бокал для мартини, полный нежно-розового нектара. На кромке бокала поблескивали капли.
Я с благодарностью приняла у него бокал и одним глотком его ополовинила. Я едва удержалась от того, чтобы причмокнуть. Он был именно таким как надо: в меру сладкий и в меру горький.
— Отлично, — сказала я.
Допив остатки, я протянула Уиллу бокал за второй порцией. Уилл наполнил бокал, нахмурившись. Я плевать хотела на его хмурую физиономию — я получала удовольствие от напитка.
Стефани пила коктейль мелкими глотками, как положено леди.
— Я так люблю этот коктейль, а вы? — щебетала она. — Он такой взрослый и элегантный, и пьют его из бокалов для мартини. — Она протянула и свой бокал Уиллу. — Почему бы тебе тоже не попробовать?
Махони покачал головой.
— Я выпью то вино, что вы принесли. Настоящие мужчины розовое не пьют.
Стефани захихикала.
— Ты такой умный, Уилл. Настоящие мужчины не пьют розовое. Это могло бы стать рекламным лозунгом для раскрутки пива, знаешь ли. Тебе надо бы писать слоганы для рекламы, а не торговать бюстгальтерами.
Я отчего-то решила защитить Уилла:
— Что плохого в том, чтобы продавать бюстгальтеры? Хорошие бюстгальтеры нужны миру. Уилл одобрительно на меня посмотрел.
— Ну, в мире есть исключения.
Я покраснела и скрестила руки на груди.
— О, я не это имела в виду, — быстро оправившись, сказала Стефани. — Я просто хотела сказать, Уилл, что у вас по-настоящему хорошая голова для маркетинга, вот и все. Я думаю, что этот бизнес может быть очень интересным. Но только как мужчина попадает в такого рода бизнес?
Клянусь, я видела, как Стефани захлопала ресницами, глядя на него.
Уилл все это проглотил и принял за чистую монету.
— Но в этом нет ничего необычного. Много мужчин работают в таком бизнесе. Я, можно сказать, попал в него через черный ход. Вообще-то по образованию я текстильщик. Инженер-текстильщик. Я работал на компанию, которая делала джинсы, а позже стала выпускать белье, купальные костюмы и трикотаж. Так я внезапно и оказался в этом деле. И, когда у меня появилась возможность приобрести собственный бизнес, «Лавинг кап» стал естественным выбором.