Я, конечно, видел несколько раз, как Влада выходила из здания в конце рабочего дня. Но едва она попадала в моё поле зрения, я тут же уходил, чтобы не провоцировать конфликт. Я же мужчина, я же обещал, что оставлю её в покое. Тем более она спасла моего сына. И за это я ей буду благодарен до конца своей жизни.
Вот и сегодня я видел, как она запирала бухгалтерию и сдавала ключ на посту охраны. А я стоял поодаль и просто наблюдал. Она сегодня какая-то потерянная, отрешённая, словно озабочена чем-то. Потому что обычно она озирается по сторонам, наверняка, чтобы не столкнуться лишний раз со мной. А сегодня просто идёт вперед, не оглядываясь и не реагируя ни на что.
Выжидаю некоторое время, чтобы она успела уйти на определённое расстояние, и мы с ней не столкнулись. А то ещё взбредёт этой Кирсановой в голову, что я её преследую.
Но едва я выхожу на улицу, как обнаруживаю её сидящей около стены. Согнувшись пополам, она держится за живот.
— Влада, что с тобой? Тебе плохо? — тут же подскакиваю к ней я.
— Живот, — с трудом выдаёт она, подняв на меня заплаканные глаза, а сама бледная как снег, что лежит у нас под ногами.
— Идти сможешь? — спрашиваю я.
Она пытается встать, но её снова пронзает боль.
— Так, понятно! — я тут же хватаю её на руки и несу к машине.
Открываю дверь, сажаю её на заднее сиденье, сам быстро сажусь за руль. И тут же мчу в нашу частную клинику, куда когда-то хотел насильно отвезти Владу. Там хорошие врачи и они ей обязательно помогут. Всю дорогу смотрю на неё в зеркало заднего вида. Она такая беспомощная, словно маленький котёнок свернулась на сиденье. Ничего не говорит, а лишь молчит и плачет. Благо сегодня пробок практически не было, да и клиника находится буквально в нескольких кварталах от фирмы. Поэтому мы добираемся до туда довольно быстро.
Снова беру Владу на руки и бегу с ней в клинику.
— Каталку, срочно, девушке плохо! — кричу я на всю больницу.
Медсёстры тут же привозят каталку, я кладу туда Владу. Прибегает и доктор, с которым у меня был тот разговор по поводу Кирсановой.
— Мой ребёнок, — шепчет Влада пересохшими губами, — спасите его. — И тут же теряет сознание.
Док вместе с медсёстрами увозят её, ну а я остаюсь ждать. Проходит где-то час, прежде чем ко мне выходит доктор.
— Что с ней? Как она? — спрашиваю я его.
— У неё была угроза выкидыша, но нам удалось это предотвратить. — Объяснят он. — Видимо она пережила сильный стресс, именно он и послужил причиной.
— То есть вы сохранили ей ребёнка? — спрашиваю я.
— Максим Леонидович, — обращается он ко мне, отводя меня в сторону, — я так понимаю, что это и есть та самая девушка, которую вы хотели ко мне привезти. Именно ей я должен был сделать аборт? — задаёт он прямой вопрос.
— Да, — честно признаюсь я.
— Понимаете, срок ещё совсем маленький, но уже больше двенадцати недель. И аборт сейчас возможен только по медицинским показаниям. — Объясняет док. — Но я так понимаю, что девушка хочет сохранить ребёнка. А вы? Вы всё так же категорически против? — зачем-то задаёт вопрос он. — Вы по-прежнему настываете на прерывании?
Глава 21
Максим
От его вопросов мне становится как-то не по себе. Перед глазами тут же возникает образ бледной и беспомощной Влады, её заплаканные и испуганные глаза. Её просьба сохранить ей ребёнка. Нет, я не могу с ней так поступить! Она не раздумывая, словно тигрица бросилась спасать Артёма.
— Нет, я против прерывания! — решительно отвечаю я. — Сделайте всё, чтобы сохранить ей ребёнка. Если нужны какие-то дорогие лекарства, только скажите, я заплачу.
— Ничего не нужно, Максим Леонидович, — выдыхает док, — у нас всё есть. И единственное, что сейчас нужно девушке, это отдых и покой.
— Её можно навестить? — спрашиваю неожиданно для себя я.
— Можно, но немного позже, — улыбается доктор, — сейчас мы сделали ей укол и она спит. К тому же уже очень поздно. Поэтому если действительно хотите её навестить, приходите завтра. А сейчас извините, мне нужно идти.
— Да, конечно. — Покорно соглашаюсь я и, постояв какое-то время, выхожу из клиники.
Я не знаю, что со мной, но я почему-то испытываю какое-то двоякое чувство. С одной стороны, если бы Влада сейчас потеряла этого ребёнка, были бы решены все проблемы. А с другой стороны, мне почему-то не хочется этого.
Какого чёрта вообще происходит?! Но я тут же гоню от себя все мысли, сажусь в машину и уезжаю домой.