— Наши дети? — переспросил он.
— Ну да, а что? — не поняла я. — Артём и наша дочка. — Потом пояснила я.
— Ты так легко называешь Артёма своим, хотя он для тебя совершенно чужой ребёнок. — Как-то странно сказал он.
— А это что, плохо? — немного напряглась я. — Просто я полюбила Артёмку всем сердцем. Он маленький открытый ребёнок, которому нужны тепло и ласка, которому попросту нужна мама. И я была бы рада стать для него ей, хотя я понимаю, что родную маму никто не заменит.
— Да он и не видел почти эту родную маму. Даже когда жил с ней, она его то с няней оставляла, то таскала везде с собой, и он сидел в отдельной комнате или машине. — Начал делиться сокровенным Приозерский Максим. — Когда я об этом узнал, у меня чуть крышу от этого не снесло. И собаку он испугался, когда она к своим друзьям поехала, а собака эта огромная по саду гуляла, а сынок тем временем там совсем один был. Я уж не говорю про то, как она его в торговом центре оставила. Я даже в суд подавал, чтобы ребенка отдали мне, но она плакала, умоляла, просила не забирать сына, говорила, что исправится. И я ей поверил, но хватило её потом ненадолго. Но я понял, что её легче купить, чем судиться с ней. Вот поэтому тебя и переспросил про наших детей.
— Максим, — я протянула руку любимому, — я правда очень люблю Артёма. Я не знаю, как это объяснить, но он мне очень дорог.
— Спасибо, — он встал с кресла и, подойдя ко мне, присел около меня, взяв при этом за руки.
— За что? — не поняла я.
— За то, что ты появилась в моей жизни. — А затем положил мне голову на колени. — Знаешь, о чём я подумал? — спросил он, посмотрев на меня, на что я вопросительно посмотрела на него. — Я думаю, что будет правильным, если наша доченька родиться в полноценной семье. — Начал издалека он. — Я, конечно, понимаю, что ты наверняка хочешь красивое платье, праздник, как и любая девочка. — Начал перечислять Приозерский. — И это всё у тебя обязательно будет, после того, как родиться наша малышка и ты окрепнешь. А пока я предлагаю нам с тобой просто расписаться и отпраздновать всё это в узком семейном кругу. Пригласим твою подругу, Олега. Ну что скажешь?
— Я согласна. — Ответила я.
Максим прав, я, конечно же, хотела этот праздник, но сейчас главное думать о ребёнке. И я благодарна Приозерскому, что он хочет, чтобы наша девочка родилась в законном браке. Это ли не доказывает всю серьёзность по отношению к нам.
Волшебная новогодняя сказка, плавно перешедшая в реальность. Разве такое бывает? Видимо да, и мы с Приозерским тому подтверждение. У нас с Максимом такая идиллия, что даже страшно. Всё так тихо, спокойно, словно затишье перед бурей. Мне постоянно казалось, что должно что-то произойти. Хотя я старалась гнать от себя эти мысли. Но как оказалось, я была права.
Был выходной день, мы с Максимом решили пригласить к нам на ужин Аллу и Олега, поэтому усиленно готовились к их приезду. Мы с Элеонорой Михайловной колдовали на кухне, а Максим с Артёмкой только что приехали из города с недостающими продуктами.
В этот самый момент раздался звонок в дверь. Мы все переглянулись. Для приезда Аллы и Олега было ещё рано, а других гостей мы не ждали.
— Пойду, открою. — Сказал Максим, когда раздался очередной звонок.
— Максим, любимый! — донёсся женский голос из гостиной. — А вот и я!
Переглянувшись с Элеонорой Михайловной, мы пошли в гостиную, Артём, взяв меня за руку, пошёл с нами.
Когда мы туда вышли, то я увидела молодую женщину, одетую в короткое красное платье, сапоги на высоком, нет, просто огромном каблуке. В руках она держала шубу и маленький клатч. Шикарные длинные волосы были уложены в струящие локоны. Глаза обрамляли длинные густые, словно веер ресницы, а из платья норовил вывалиться бюст размера четвёртого.
— Что тебе здесь надо, Виола? — недовольно спросил Максим.
Ах вот это кто, Виола. Теперь понятно за чьи грехи я расплачивалась перед Максимом.
— Я вернулась обратно домой, к тебе и сыну. — Наигранно и приторно начала она.
— Ты ничего не попутала?! — прикрикнул на неё Максим. — Мы вообще-то с тобой в разводе! А ты вроде как замуж за заморского принца собиралась!
— Ох, Максик, я была такая дура! — он провела пальцем по его плечу. — Он и мизинца твоего не стоит.
— Понятно, послал он тебя, значит. — Усмехнулся Приозерский. — Ну и я тебя не задерживаю. — Максим указал ей на дверь.