-Мы уехали тайком, когда мужчины были на работе. Сосед и по совместительству лучший друг Артура, Арсен, помог нам добраться до соседнего города и пообещал молчать о том, что знает, где мы.
Если бы вы знали насколько сильно мы были забиты тогда и запуганы двумя тиранами. Мы не могли поверить в то, что наконец свободны. Нам оставалось только оформить развод, но сразу на это не решились, боясь, что мужья обнаружат место, где удалось найти пристанище трём несчастным женщинам и заставят вернуться обратно. Это было самым худшим кошмаром для нас на тот момент.
Мои родители, когда узнали о нашем побеге и кто именно был его инициатором, сначала злились, называли предательницей, изменницей и так далее. Старший брат отказался со мной иметь дело и призывал найти меня, чтобы судить по шариату, как и свекровь с её племянницей. Мула, который прекрасно знал ситуацию в моей новой семье, пытался уговорить моих родных успокоиться и понять то, что мы сбежали не просто так. Но, к огромному сожалению, этого мудрого и доброго человека не захотели его услышать.
Доставалось не только нам, но и Арсену, который нам тогда очень помог. Мы с ним поддерживали связь, чтобы наверняка знать, что происходит и продолжают ли нас искать. Я знаю, что мы подставили хорошего человека под удар, но он сам вызвался нам помочь.
Так вот. Зря я названивала ему тогда, чтобы узнать последние новости. Мой отец с братьями как-то выяснили что к чему и первым делом взяли в оборот именно Арсена.
Что они с ним делали, я до сих пор не знаю. Только после встречи с ними он изменился и обзавёлся шрамами, от которых меня до сих пор бросает в дрожь. После их разговора отец нашел нас на съёмной квартире и притащил обратно в дом мужа. Поездку с ним я помню плохо, потому что меня сильно избили. Да, вы не ослышались, Джонатан. Отец с братьями всегда придерживались старых традиций и требовали, чтобы им следовали и все остальные.
Не поймите меня неправильно, я не против традиций предков и всего прочего. Только когда тебя выдают замуж за горького пьяницу с замашками садиста, а всем вокруг глубоко плевать и твердят, чтобы я терпела и не смела перечить супругу, это уже не нормально. К тому же, когда свекровь, которая всегда имела авторитет у местных женщин, в купе с мулой не раз пытались привлечь внимание властей к аморальному поведению Артура, над ними потешались и говорили одно - когда убьёт приходите.
Как итог, нас троих вернули домой с большим скандалом. С того момента издевательства только усилились в сотни раз. Артур будто с цепи сорвался. Начал поднимать руку и на пожилого отца, которому до этого не так доставалось. Вскоре я узнала, что беременна. Муж как-то резко переменился, а после рождения сына даже пить и драться перестал. Мы с женской половиной семьи тихо радовались этим изменениям, но продолжали бояться любого громкого звука или резкого движения.
Родив Артуру сына, я в некотором роде стала полноценной хозяйкой дома и мне позволили гулять с сыном за пределами двора. Затем последовала беременность близняшками, во время которой меня едва ли не на руках таскали, надеясь на ещё одного сына. Но когда родились дочери... всё вернулось в прежнее русло и стало даже хуже.
Ещё одного шанса сбежать, тем более с тремя детьми, у меня не было. Да и помощи ждать было не от куда. Арсен после общения с моей семьёй выехал из нашего города и сменил номер телефона. Поэтому я не могла снова обратиться к нему за такой необходимой помощью. Поэтому нужно было решать свои проблемы самостоятельно. Но судьба сама расставила всё по местам, отобрав у меня самое дорогое.
После своего дня рождения, которое праздновали в ресторане, Артур вызвался отвезти детей домой на своей машине, не обращая внимание на уговоры отца, чтобы он не садился пьяным за руль. Ну а мы, когда поняли, что он не вернётся за нами, вызвали такси и поехали следом.
Она замолчала снова. Глядя прямо перед собой, женщина то сжимала кулаки, то разжимала их, не находя в себе силы продолжить рассказ.
Когда уже Джонатан думал, что она больше ничего не скажет, он услышал её тихий голос. Он звучал буквально на грани слышимости.
-Он намерено разогнался и врезался в дерево. Машина вспыхнула словно факел и сгорела вместе с ним и детьми. Никто из них не смог выбраться из этого пылающего ада. Мы похоронили пустые гробы, потому что от детей ровным счётом ничего не осталось. Про Артура я даже не вспоминала, потому что самым большим горем в моей жизни была потеря троих детей, которых безумно любила.