По тому, как улыбнулась Фрэда в ответ на слова внучки, Трэвису стало ясно, что и она прекрасно поняла и оценила тонкий дипломатический ход Дэни. Однако ей было приятно. Она поцеловала Дэни в щеку, потом, после небольшой паузы, поинтересовалась:
— Ну, что вы намерены предпринять дальше? Я по-прежнему не собираюсь платить Карлу ни копейки из моих денег. Какие у нас есть варианты?
— Мы с Дэни считаем, — Трэвис решил взять инициативу в собственные руки, — нам следует исходить из того, что Карл неправильно понял ваше колдовство… Я хотел сказать, романтическое предсказание.
— Очень хорошо, — кивнула Фрэда. — Он сам все перепутал. Кто виноват, что он влюбился в пустышку, которая понятия не имеет об истинной любви. Именно поэтому его бизнес развалился. — Она поглубже уселась на кушетке и уютно откинулась на спинку. — Любовь — очень серьезная вещь. Карлу следовало быть осмотрительнее.
— Да уж, — от всей души согласился Трэвис. — Думаю, история пойдет ему на пользу. Теперь он двадцать раз подумает, прежде чем влюбиться.
Фрэда вскинула вверх брови и уставилась на него с преувеличенным недоумением.
— Следует ли это понимать так, что вы с Дэни окажетесь не настолько глупы, чтобы серьезно относиться к происходящему между вами, и собираетесь демонстрировать всему миру полное отсутствие взаимной любви?
От неожиданности Трэвис вздрогнул и вскинул глаза на Дэни. Она выглядела совершенно обескураженной внезапной бабушкиной тирадой. Кто мог предположить, что Фрэда с первого взгляда поймет, как изменились их отношения за два прошедших дня. Кажется, возражать было бесполезно. Ее тон не допускал и тени сомнения.
Дэни откашлялась, пытаясь собраться под пристальным взглядом бабушки. Она явно медлила с ответом. Действительно, попробуйте объяснить пожилой даме, которая до сих пор верит в любовь до гроба, их теорию о предварительной подготовке. В себе Трэвис таких способностей не ощущал, поэтому счел за лучшее помалкивать, оставив Дэни возможность самостоятельно выкручиваться из сложной ситуации.
Наконец Дэни принужденно рассмеялась и поднялась с места.
— Мы проделали огромную работу. Здесь мы для того, чтобы обговорить с тобой новый план действий.
Фрэда поднялась следом и потрепала внучку по руке.
— Ладно-ладно. Только запомни: ты можешь убежать от меня, но от себя тебе уйти не удастся. А уж тем более не удастся сбежать от любви. — Она повернулась к Трэвису. — Любовь не так-то просто игнорировать. Даже если ты делаешь вид, что не узнаешь ее, она-то тебя обязательно узнает.
С этими словами Фрэда прошествовала из гостиной, оставив Дэни и Трэвиса молча смотреть ей вслед. В комнате повисла тишина. Да и что мог сказать каждый из них? Фрэда говорила правильные вещи, но где гарантия, что они касаются именно их.
Молчать дальше становилось неудобным.
— Кажется, мы получили предупреждение, — попытался пошутить Трэвис. Но на лице Дэни не вспыхнуло привычной улыбки. Она лишь задумчиво кивнула в ответ.
— Да, ты прав. Нам остается только молиться, чтобы бабушкины слова не оказались пророческими.
— Знаешь, я буду скучать по тебе, — сказала Дэни, когда Трэвис сел за руль.
Трэвис замер. По его лицу было видно, как он удивился. Но еще больше удивилась, почти испугалась, сама Дэни. Слова вырвались совершенно случайно. У нее и в мыслях не было пускаться с Трэвом в такие откровения. Однако фраза прозвучала. И Дэни поняла, что это правда. Она будет скучать по Трэвису вопреки всем доводам рассудка.
— Я тоже, — очень серьезно ответил он.
— Мне не было так весело с того времени, когда мы учились вместе.
— Мне тоже. — Он вставил ключ в замок зажигания, но не торопился заводить машину. Некоторое время они просто сидели, молча глядя на улицу через лобовое стекло. И словно тонкая пелена печали накрыла обоих.
Дэни слегка откашлялась и сказала первое, что пришло в голову:
— Я проголодалась.
— Давай поужинаем у меня, — с улыбкой предложил Трэвис. — Я, конечно, не лучший повар в мире, но и к худшим причислить себя не могу.
— Какая самоуверенность! — поддразнила Дэни. — И по каким же критериям ты себя оцениваешь?
— Все, кого я кормил ужинами, остались живы.
— Может, им просто повезло? — не сдавалась Дэни.
— Это означает «да»? — с хитрой улыбкой, которая так нравилась ей, поинтересовался Трэвис.
По этой улыбке Дэни тоже будет скучать. Ни одному самому сексуальному мужчине не удавалось взглядом заставить ее сердце биться быстрее, а щеки розоветь от удовольствия. Трэвису было достаточно для этого одной мимолетной улыбки.