Свою прогулку девушка решила начать с «GoldenGatePark». Там она посетила и «Консерваторию цветов» — один из самых крупных ботанических садов, созданный в семидесятых годах восемнадцатого века, где содержится более полутора тысячи видов растений со всего мира. Именно так было указано в туристической брошюрке, которую она прихватила со стойки администратора в отеле. Девушка подолгу стояла у особенно понравившихся растений, любуясь ими, и изучала таблички. Потом Ханна долго бродила по извилистым дорожкам в «Японском чайному саду», рассматривая диковинные скульптуры и необычные растения. Посидела с кружкой горячего цветочного чая на скамеечке у озера, любуясь голубой гладью воды и наслаждаясь приятным ароматом цветов, теплыми солнечными лучами и легким, освежающим ветерком.
Девушка неосознанным жестом приложила руку к животу и счастливо улыбнулась.
— Знаешь, малыш, — тихо заговорила Ханна, — хоть я и не могу без дрожи и страха вспоминать ту ночь, когда ты был зачат, но… — ее голос слегка дрогнул, а глаза увлажнились, но блондинка не дала слезам покатиться по щекам, а постаралась наоборот улыбнуться. — Я все же счастлива. Я очень рада, что теперь я не одна, — говорила она, отрешенно наблюдая за плещущимися в озере рыбками. — Я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы мы были счастливы. Ты и я. Я уже очень тебя люблю и жду…
Это было впервые, когда Ханна заговорила с малышом у себя под сердцем. Она рассказывала о своем счастливом детстве, о своих маме и папе, их пикниках и походах. Рассказывала все самые яркие и счастливые моменты своей жизни, намеренно избегая любых грустных тем. Девушка твердо решила, что с этого момента начинается ее новая жизнь, где нет места грустным и печальным воспоминаниям из прошлого. Она решила сохранить и беречь в памяти только счастливые моменты и делилась ими с самым близким ей существом на свете. Она строила планы на будущее, рассказывала о самых смелых фантазиях и за всем этим не заметила, что на город уже плавно опускались сумерки.
Поднявшись, девушка быстрым шагом направилась по уже знакомой извилистой дорожке к выходу из этого волшебного места. Правда Ханна немного не рассчитала, что забралась так далеко и к тому моменту, как она добралась до метро, на улице окончательно стемнело.
В холл отеля девушка зашла в двадцать минут десятого и тут же увидела у стойки администратора широкоплечую фигуру своего босса. Ханна направилась к нему.
— …Ханна Райч из четыреста пятнадцатого? — услышала девушка обрывок фразы.
Линч был напряжен и чем-то явно не доволен, а бедная девушка-администратор, завидев подошедшую Ханну, кивком головы указала Линчу на нее, и облегченно вздохнула, когда мужчина переключил свое внимание на другую цель.
— Ты где была? — обрушился он на Ханну, от чего блондинка даже отступила на шаг назад и недоуменно уставилась на босса, своими большими серыми глазами.
— Вы сами сказали, что я сегодня вам не понадоблюсь… — несмело напомнила девушка.
— А на телефон почему не отвечала? — возмущался Линч.
— Я… — Ханна стала шарить по карманам джинсов и в сумке, ища треклятый сотовый, и попутно размышляя о том, что могло вывести босса из себя, но не находила ответа. — Должно быть я не оставила его в номере, — виновато развела руками Райч. — Вам что-то нужно, мистер Линч?
Дэвид пару минут пристально смотрел на девушку, словно решая, что должен делать. Как не хотелось ему признавать, но не обнаружив свою помощницу в номере он заволновался. Ну, куда она могла пойти одна в совершенно незнакомом городе? А когда на улице стемнело — он забеспокоился еще сильнее. Молчащий телефон и глупо улыбающаяся администраторша только злили. А когда сама причина тревоги явилась, как ни в чем не бывало, невинно хлопая своими огромными серыми глазищами и похожая в этой одежде не на молодую деловую женщину, а на подростка он с трудом подавил в себе желание схватить девушку и хорошенько встряхнуть. Но умом он понимал, что Ханну не в чем упрекнуть и в том, что он сейчас разозлен — виноват только он сам. Прикрыв на мгновение глаза, Дэвид распрямился и, направившись в сторону лифтов, сдержанно сказал: