Наступила пора экзаменов. Игра в «крестик-нолик» (а иначе я тестовую систему назвать не могу) прошла успешно.
Загрузившись в Хогвартс-экспресс, мы всей компанией, (я, Крэбб, Гойл, Гринграссы, Булстроуд, Паркинсон, Доджен и Лавгуд) отправились домой. Джастин применил на купе чары расширения пространства, и мы с комфортом играли в магическую монополию до самого вокзала.
Меня никто не встречал, и это было странно. Воспользовавшись общественным камином, в конце платформы, я переместился домой.
— Счет идет на часы! Они убьют ее! - говорила Нарцисса
— И что с того?! Это не наша проблема! - ответил ей муж.
— Люциус, прошу… — женщина села в кресло и заплакала.
— Что здесь происходит? — спросил я.
Глава 8 Что такое любовь"""
— Что здесь происходит? — поинтересовался я.
— Драко, — раздраженно сказал Малфой на русском с легким акцентом, — я очень рад, что ты, даже при отсутствии практики, прекрасно говоришь на языке Пушкина, но будь добр, перейди на английский.
Упс, а я и не заметил.
— Что у вас случилось? — спросил я на английском.
— Ничего…
— Тогда, почему она плачет? — спросил я.
Лицо Нарциссы блестело от слез.
— Мам, что произошло?
— У наших родственников во Франции родилась девочка…
— И…
— Они хотят принести ее в жертву камню рода. Ребенок, скорее всего, либо сквиб, либо очень слабый маг.
— И… — кажется, я понимаю, чего она хочет.
— Люциус… прошу…
— И чем ты предлагаешь расплатиться? Они требуют жертву и усиление для камня.
— Я так и не понял, в чем проблема-то?
— В чем проблема? Проблема? — Люциус был в бешенстве, — Проблема в том, что это чужой ребенок. Проблема в том, что она сквиб. Проблема в том, что она слабая. Проблема в том, что все знают о том, что у Малфоев один ребенок. Проблема в том, что необходимо заплатить! Во всем проблема.
— А я вот проблему не вижу, — задумчиво произнес я, плюхаясь в мягкое кресло. — Можно сказать, что беременность скрывали чарами, чтобы проклятие не подцепить. Лечились ну у о-о-о-очень дорогого специалиста из России. Она большая, никто проверить не сможет. Да, ребенок, скорее всего, письмо из Хогвартса не получит, но это наша кровь. Можно отговориться, что малышка очень слабенькая и провести ритуал очистки. А жертва… Петтигрю подойдет?
И ведь ничего в душе не екнуло. По сути я ведь человека на смерть обрекаю. Мучительную. Но выбор между маленькой девочкой, которая поможет Роду Малфоев и чужим мужиком, однозначно, выигрывает девочка.
— Сириусу не понравится…
— А вы ему говорили?
— Нет, но…
— Вот и не было никакого крыса, — перебил я мать, — бегает где-то, или кот сожрал.
Люциус сел на диван, обхватил голову руками и тяжело вздохнул:
— Вот тебе это зачем?
— Папа, — это шанс, — я подсел к нему, — шанс рода. Один я не вытяну. А так, от меня будет наследник, а от нее тоже дети. Примем в род полукровку или кого из обедневшего рода, да хоть маглорожденного! А предков — нарисуем.
Мне тебе в лоб сказать свою имя-фамилию-отчество?
Люциус опять тяжело вздохнул, поднял голову и, взглянув на Нарциссу, сказал убитым голосом:
— Хорошо, но это уменьшит запасы наличности на треть.
— Будем меньше тратить и больше зарабатывать. А зачем им деньги? За молчание?
— И за молчание тоже. Род обедневший…
— Тогда добавь еще и за приватность, пусть остальные думают, что в жертву принесли ребенка.
Малфой скривился, как от зубной боли.
***
Через два часа я, одетый в черный дорогой костюм и мантию, стоял в ритуальном зале французских родственников. На большом каменном столе в форме эллипса лежал маленький голый ребенок и здоровый мужчина. Малышка надрывалась беззвучным плачем, но силенцио не давало ей кричать. Мужчина был без сознания.
Мать девчушки умерла во время родов, но, я думаю, что ей помогли отправиться на тот свет. Пока мы собирались, Люциус просветил меня, что это третья девочка, а глава французской ветви хочет наследника. Старшая дочь умерла совсем недавно — неудачное падение с лестницы (ага, так я и поверил), вторая пока у родственников матери, но, видимо, ей тоже жить недолго. Все три девочки от разных матерей. Думаю не надо говорить, что женщин на этом свете уже нет. И есть кухарка (французы предпочитают людей в качестве обслуги, а не домовиков), молодая девушка, беременная от Леона Малфуа двумя мальчиками-близнецами. То, что во время родов она не выживет, ей, видимо, не сообщили.