— Ключ хранится в Хрустальном Зале, в самом сердце Ледяного Цитадели. Он окружён тройной системой защиты — физической, магической и… психической. Исандра создала сложную сеть ментальных ловушек вокруг артефакта. Любой, кто приближается к Ключу без специальной подготовки, погружается в иллюзии, кошмары, теряет связь с реальностью.
— А твоё физическое тело? — спросил Нарайн. — Где оно содержится?
— В Лазурной Башне, северо-восточная часть Цитадели, — ответила Найрис. — Но это не имеет большого значения. Моя сущность расщеплена — часть в теле, часть в Ключе, часть… рассеяна. Как только Ключ будет нейтрализован, я смогу воссоединить свою сущность независимо от местоположения тела.
Нарайн кивнул:
— Понимаю. Есть ли что-то особенное, что мы должны знать о Ключе Подчинения? Каждый из них уникален, настроен на конкретного Владыку.
— Мой ключ… — Найрис помедлила, словно даже упоминание артефакта причиняло ей боль. — Он связан с трансформацией. Проводники используют его не только для удержания меня, но и для управления погодой, ледниками, всеми водами в регионе. Он интегрирован в саму инфраструктуру Фростхейма.
Она посмотрела прямо на Нарайна:
— Если вы нейтрализуете его неправильно, последствия могут быть катастрофическими. Таяние ледников, наводнения, дестабилизация всей экосистемы региона.
— Мы будем осторожны, — пообещал Нарайн. — У нас уже есть опыт преобразования Ключа, а не просто его деактивации. В Кар’Нарэме мы трансформировали Шпиль Подчинения в Мост между мирами.
Проекция Найрис стала ярче на мгновение, словно от удивления или радости:
— Мост? Истинный Мост, как в древние времена? Вы…
Но внезапно её фигура задрожала, лазурное свечение потускнело, словно что-то или кто-то прервал контакт.
— Они чувствуют наше общение, — быстро произнесла Найрис, её голос становился слабее. — Исандра активирует дополнительные блокирующие протоколы. Я не смогу поддерживать связь долго.
— Скажи нам, как лучше проникнуть в Цитадель, — торопливо спросил Нарайн, чувствуя, что время истекает. — Есть ли скрытые входы, слабые места в их обороне?
— Есть… подводный тоннель, — ответила Найрис, её форма становилась всё менее стабильной. — Из этого озера… на север… он выходит в подвалы Цитадели, рядом с резервуарами для воды. Они не знают о нём… это древний путь, созданный ещё во времена истинного баланса между мирами.
Она начала растворяться, её голос становился всё тише:
— Но будьте осторожны… Исандра… она не как другие Проводники. Она изучала древние тексты, знает больше об истинной природе Владык. И у неё есть… тёмные желания… амбиции, выходящие за рамки обычного стремления к власти…
— Что ты имеешь в виду? — напряжённо спросил Нарайн, но проекция Найрис уже почти полностью исчезла.
— Ждите… сигнала… — донеслись последние слова Владычицы перед тем, как лазурное свечение полностью угасло, а поверхность озера снова стала спокойной.
Нарайн медленно поднялся на ноги, его лицо выражало сложную смесь эмоций — радость от контакта с сестрой, тревогу из-за предупреждения об Исандре, решимость завершить миссию.
— Вы всё слышали, — сказал он ученикам, которые вернулись к берегу озера. — У нас есть путь проникновения и примерное представление о том, что нас ждёт. Но есть и новые вопросы.
— Что за «тёмные желания» у Верховной Проводницы Исандры? — спросила Элиана. — И что за сигнал мы должны ждать?
— Не знаю, — признался Нарайн. — Но мы должны быть готовы к чему-то необычному. Если Найрис права, и Исандра глубже изучила природу Владык, она может представлять угрозу иного порядка, чем те Проводники, с которыми мы сталкивались раньше.
Он посмотрел на тёмную гладь озера:
— Теперь нам нужно найти этот подводный тоннель. И для этого, — он улыбнулся слегка загадочно, — нам потребуется немного магии перекрёстка.
В это же время Малик и его группа приближались к главным воротам Фростхейма. Солнце почти село, окрасив снежные шапки окрестных гор в розовато-золотистые тона. Городские стены, высотой не менее тридцати футов, были усилены внешним ледяным панцирем, создавая впечатление неприступной крепости.
У ворот их уже ждали — не обычный караул, а целый отряд Стражей Барьера Северного Конклава, воинов в сине-серебряных доспехах, вооружённых копьями и мечами с навершиями из шэдоумита.