— Это… слишком просто, — нахмурилась Сейра, оглядываясь по сторонам. — Где охрана? Где ловушки?
— Возможно, они все сконцентрированы на открытой миссии Малика, — предположила Элиана. — Или…
— Или нас ожидают, — закончил её мысль Нарайн. — Исандра знает о нашем присутствии и не препятствует нам по какой-то своей причине.
Он сделал знак группе остановиться и прислушался — не физическим слухом, а особыми чувствами Владыки Перекрёстка. И действительно, он ощутил нечто странное — не прямую угрозу, но своего рода… наблюдение. Словно сам Цитадель был живым организмом, внимательно следящим за их перемещениями.
— Нас определённо отслеживают, — тихо сказал Нарайн. — Но не останавливают. Это… необычно.
— Что нам делать? — спросил Корин. — Продолжать движение к Ключу?
Нарайн задумался. Неожиданное отсутствие сопротивления было тревожным знаком. Но у них не было другого выбора — миссия должна быть выполнена, Найрис должна быть освобождена.
— Продолжаем путь, — решил он. — Но будьте предельно бдительны. Исандра явно играет в какую-то свою игру, и нам нужно быть готовыми к любым сюрпризам.
Они пересекли купольный зал и вошли в следующий коридор — более узкий, извилистый, с многочисленными боковыми проходами и альковами. По мере продвижения Нарайн всё сильнее ощущал присутствие сестры — точнее, той части её сущности, которая была заключена в Ключе.
Наконец, они достигли массивной двери из тёмно-синего металла, украшенной сложными рунами и символами, многие из которых были искажёнными версиями истинного языка перекрёстка.
— Хранилище Ключа, — произнёс Нарайн, приближаясь к двери. — Я чувствую мощные барьеры и защитные заклинания, но странным образом они… не активны.
Он осторожно коснулся поверхности двери, и к его удивлению, она начала открываться без сопротивления, словно приветствуя их.
За дверью обнаружился круглый зал с высоким потолком, где в центре, на постаменте из чёрного льда, парил Ключ Подчинения — тот самый артефакт, который Нарайн видел в отражении в бассейне Исандры. Сеть из тончайших серебряных нитей, окружающих кристалл лазурита, внутри которого двигалась живая вода.
Но что ещё более удивительно — зал был пуст. Ни стражи, ни Проводников, ни каких-либо признаков ловушек или активных защитных систем.
— Это определённо ловушка, — прошептала Элиана. — Они не могли оставить Ключ без защиты.
— Согласен, — кивнул Нарайн. — Но какого рода ловушка? И почему они позволили нам зайти так далеко?
Он сделал несколько осторожных шагов в зал, постоянно сканируя окружение на предмет скрытых угроз. И действительно, вскоре он заметил тонкие энергетические линии, пронизывающие пространство вокруг постамента — невидимые для обычного зрения, но различимые для сущности Владыки.
— Вот оно, — сказал Нарайн. — Вокруг Ключа создано особое поле — не физический барьер, а ментальная ловушка. Именно о ней предупреждала Найрис. Любой, кто приблизится к артефакту без соответствующей защиты, подвергнется психической атаке — иллюзиям, кошмарам, потере ориентации.
Он повернулся к ученикам:
— Оставайтесь здесь, не пересекайте линию плитки другого оттенка на полу. Моя природа Владыки защищает меня от большинства ментальных воздействий, но вы уязвимы.
— Будьте осторожны, Владыка, — сказала Элиана. — Исандра, похоже, специализируется на работе с сознанием и восприятием. Её ловушки могут быть опасны даже для вас.
Нарайн кивнул и осторожно двинулся вперёд, к постаменту с парящим Ключом. Когда он пересёк невидимую границу защитного поля, воздух вокруг него слегка задрожал, словно от жара, хотя температура оставалась прежней. Это был первый признак активации ментальной ловушки.
И действительно, через несколько шагов окружающее пространство начало меняться. Стены зала словно растворились, открывая вид на бескрайний океан с волнами невероятной высоты. Небо над головой потемнело, наполнилось тяжёлыми грозовыми облаками. Звуки — шум волн, вой ветра, раскаты грома — стали оглушающими.
_Иллюзия_, напомнил себе Нарайн. _Всего лишь проекция в моём сознании_.
Он продолжил движение к постаменту, который теперь казался маленьким островком среди бушующего моря. Волны поднимались всё выше, грозя поглотить его, но не касались, рассеиваясь в брызги в нескольких дюймах от его тела.