— За счёт страданий моего брата, — настойчиво повторил Нарайн. — За счёт искажения естественного баланса между мирами.
— Искажения или эволюции? — парировала Валерия. — Кто определяет, что «естественно»? Может быть, сам факт нашего взаимодействия с перекрёстком, нашей способности использовать его энергию является частью естественного развития?
Она наклонилась вперёд:
— Но я не наивна и не пытаюсь избежать неизбежного. Я вижу, что вы уже освободили двух Владык. Я вижу, как меняется баланс сил. И я достаточно прагматик, чтобы искать компромисс вместо конфронтации.
— Какой именно компромисс вы предлагаете? — спросил Малик, внимательно изучая Верховную Проводницу.
Валерия посмотрела на одного из своих магистров, и тот активировал механизм в центре стола. Над поверхностью появилась трёхмерная проекция — точная модель Железной Цитадели, но трансформированная, объединяющая существующие технологические структуры с органическими, кристаллическими элементами, напоминающими преображённые Шпиль Подчинения и Ледяной Цитадель.
— Контролируемая трансформация, — объяснила Валерия. — Не резкое освобождение и преображение, которое может вызвать каскадный отказ всех систем, а постепенный процесс интеграции новой парадигмы в существующую инфраструктуру.
Она жестом увеличила определённую секцию модели:
— Ключ Подчинения, удерживающий Владыку Стальных Глубин, глубоко интегрирован в нашу энергетическую сеть. Его мгновенная деактивация вызовет не просто локальные разрушения, как в Кар’Нарэме или Фростхейме, а континентальную катастрофу. Тысячи зависимых систем выйдут из строя, в том числе защитные контуры, сдерживающие опасные эксперименты и исследования.
— А это её настоящая забота, — внезапно произнесла Исандра со своего места. — Не благополучие людей, а сохранение контроля над экспериментами и технологиями, многие из которых находятся на грани запретного.
Валерия бросила холодный взгляд на свою коллегу:
— Госпожа Исандра любезно делится своими интерпретациями, не всегда основанными на полной информации.
Она вернулась к модели:
— Мы готовы работать с вами над постепенным преобразованием Ключа и освобождением Владыки. Но это должен быть контролируемый, поэтапный процесс, растянутый на достаточное время для адаптации всех систем.
Малик и Нарайн обменялись взглядами, безмолвно совещаясь. Предложение Валерии звучало разумно с практической точки зрения, но они чувствовали, что за ним скрывается нечто большее — желание сохранить контроль, пусть и в изменённой форме.
— Мы ценим ваш рациональный подход, Верховная Проводница, — наконец ответил Малик. — Но прежде чем обсуждать детали возможного сотрудничества, мы хотели бы увидеть нашего брата и Ключ, удерживающий его.
— Разумеется, — кивнула Валерия. — Я ожидала этой просьбы. Посещение Хранилища Ключа запланировано на сегодняшний вечер, после того, как завершатся все подготовительные мероприятия безопасности.
— Подготовительные мероприятия? — переспросил Нарайн.
— Чисто процедурные вопросы, — пояснила Валерия. — Перенастройка некоторых систем для безопасного присутствия двух свободных Владык рядом с Ключом. Это для общей безопасности, включая вашу собственную.
_Для контроля и ограничения наших возможностей_, мысленно перевёл Малик, но сохранил дипломатический тон:
— Мы понимаем необходимость предосторожностей. До вечера мы будем рады ознакомиться с вашими предложениями по процессу трансформации более детально.
— Превосходно, — Валерия сделала жест, и проекция исчезла. — Мои помощники проводят вас в ваши апартаменты, где вы сможете отдохнуть с дороги. Все необходимые материалы будут доставлены вам для изучения.
Когда они уже собирались покинуть зал, Исандра внезапно поднялась со своего места:
— Владыка Малик, — обратилась она, и в её голосе звучала странная интимность, — я надеюсь, у нас будет возможность продолжить наш диалог, начатый во Фростхейме. У меня есть новые… перспективы для обсуждения.
Малик встретил её взгляд:
— Я всегда открыт для диалога, Верховная Проводница Исандра. Особенно с теми, кто демонстрирует глубокое понимание природы вещей, пусть и с… необычными интерпретациями.
В его словах не было прямой конфронтации, но Исандра, кажется, уловила скрытый вызов. Её лазурные глаза на мгновение вспыхнули ярче: