Когда сияние портала угасло, группа обнаружила себя в древнем полуразрушенном храме, расположенном на вершине холма, поросшего густой тропической растительностью. Солнце здесь стояло в зените, его жаркие лучи пробивались сквозь разломы в сводчатом потолке, создавая причудливую игру света и тени.
— Храм Семи Ветров, — произнёс Малик, осматриваясь. — Одно из древнейших святилищ, посвящённых воздушной стихии. Построено ещё до прихода Первых Проводников, когда люди свободно общались с существами перекрёстка.
Нарайн подошёл к центральному алтарю — выветренной каменной плите с едва различимыми символами:
— Здесь сохранилась часть исходной энергетической структуры. Тонкая, почти исчезнувшая нить связи с Зефирой.
Он осторожно коснулся алтаря, и символы слабо засветились, как бы отзываясь на присутствие Владыки.
— Можем ли мы использовать эту связь для контакта с ней? — спросила Элиана, наблюдая за реакцией символов.
— Не для прямого контакта, — ответил Малик. — Искажения слишком сильны, а связь слишком слаба. Но как навигационный ориентир — да. Теперь я чётко ощущаю направление к основному Ключу Подчинения.
Он указал на юго-восток:
— Воздушный Храм, главное святилище Южного Конклава, находится в той стороне, примерно в двух днях пути через джунгли.
— Если идти обычным путём, — уточнил Нарайн. — Но с нашими способностями и знанием местных энергетических линий мы можем сократить дорогу.
Малик кивнул:
— Однако нужно действовать осторожно. Южный Конклав известен своей глубокой связью с мистическими аспектами перекрёстка. Их ритуалы и системы обнаружения настроены иначе, чем у технократов Запада или милитаристов Востока.
— И Исандра, — напомнила Элиана. — Она уже в пути к той же цели.
— Да, — задумчиво произнёс Малик. — Но я думаю, даже с её новыми возможностями она не успела добраться до Воздушного Храма. Найрис сообщила, что замедляет её продвижение, манипулируя водными потоками на её пути.
Тарен подошёл к выходу из храма, откуда открывался вид на бескрайние джунгли, простирающиеся до горизонта:
— А что известно о правителе Южного Конклава? Кто из Проводников удерживает Зефиру?
— Верховный Мистик Ориан, — ответил Нарайн. — Один из старейших из ныне живущих Проводников. По слухам, ему более трёхсот лет, хотя это может быть преувеличением.
— Или нет, — добавил Малик. — Южный Конклав экспериментировал с продлением жизни, используя определённые аспекты энергии перекрёстка. Особенно связанные с воздушной стихией, которая ассоциируется с дыханием, жизненной силой.
Элиана, собиравшая свой походный рюкзак, подняла взгляд:
— Значит, нас ждёт противник с многовековым опытом манипуляций энергией перекрёстка?
— И с глубоким пониманием мистических аспектов взаимодействия между мирами, — кивнул Малик. — Не технократ вроде Валерии, полагающийся на механизмы и системы, а настоящий адепт старой школы, для которого ритуалы и символы — не просто инструменты, а суть его могущества.
Группа завершила приготовления и покинула древний храм, начиная путь через густые джунгли Южных Земель. В отличие от суровых гор Севера или индустриальных ландшафтов Запада, здесь природа буйствовала в своём первозданном великолепии — огромные деревья с могучими стволами и кронами, заслоняющими небо, экзотические цветы немыслимых форм и расцветок, странные животные и птицы, наблюдающие за путниками с любопытством и опаской.
Но самым удивительным был воздух — насыщенный, почти осязаемый, с постоянно меняющимися потоками и завихрениями, словно живое существо, обнимающее всё вокруг.
— Влияние Зефиры, — объяснил Нарайн, указывая на странное движение воздушных потоков. — Даже в пленении её энергия пронизывает всю атмосферу этих земель.
— Но искажённая, направленная по воле Проводников, — добавил Малик. — Смотрите, как формируются воздушные течения — они образуют защитный периметр вокруг территории Конклава, создавая что-то вроде невидимой стены.
И действительно, впереди, на границе видимости, воздух словно уплотнялся, формируя тонкую мерцающую линию — барьер, отделяющий внешние земли от сердца Южного Конклава.