Исандра, наблюдавшая за происходящим с безопасного расстояния через специальный кристалл наблюдения, улыбнулась. Её транспорт, замаскированный технологиями Западного Конклава, завис у края джунглей, на достаточном удалении от храма, чтобы не быть обнаруженным основными системами защиты.
— Всё идёт по плану, — прошептала она. — Пусть они сделают всю сложную работу за меня.
Рядом с ней пульсировал контейнер с энергетическим артефактом, содержащим частицы сущностей трёх уже освобождённых Владык. Теперь Исандра готовилась добавить четвёртый компонент.
— Когда трансформация Зефиры будет завершена, она неизбежно выпустит волну чистой энергии, — рассуждала бывшая Верховная Проводница. — И моё устройство уже настроено, чтобы перехватить часть этой энергии.
Она активировала серию символов на своём артефакте, готовя его к приёму новой порции энергии.
В центральном зале Воздушного Храма завершалась трансформация Зефиры. Её тело, изначально полупрозрачное и эфирное, становилось всё более материальным, хотя всё ещё сохраняло лёгкость и текучесть, свойственную воздушной стихии. Длинные серебристо-голубые волосы плавно колыхались вокруг её головы, словно находясь в постоянном движении. Одеяние, казалось, было соткано из самого ветра и утренней дымки.
Когда процесс завершился, она медленно открыла глаза — глубокие, небесно-голубые, с мерцающими в их глубине крошечными вихрями.
— Малик, — её голос звучал как гармоничное переплетение множества тонов, от нежного шёпота до звенящей высоты. — Спасибо за освобождение, брат.
Она оглядела зал, где застывшие в изумлении адепты и стражи не смели двигаться.
— Ориан, — обратилась она к Верховному Мистику, всё ещё удерживаемому полем Нарайна. — Ты разочаровал меня. Я видела твой потенциал, чувствовала твоё понимание истинной природы энергии перекрёстка. Но страх и желание контроля победили в тебе.
— Владычица, — голос Ориана звучал напряжённо, но уважительно. — Мы делали то, что было необходимо для поддержания стабильности. Полное освобождение Семи Владык изменит саму структуру реальности — не все миры готовы к такому потрясению.
— И кто вы такие, чтобы решать, что готово, а что нет? — вмешался Малик. — Перекрёсток существовал задолго до появления Проводников и будет существовать после того, как о вас останутся лишь смутные легенды.
Зефира подняла руку, прекращая спор:
— Достаточно. Что сделано, то сделано. Теперь нам нужно сосредоточиться на гармонизации энергии и плавной трансформации реальности.
Она повернулась к Нарайну:
— Освободи его. Ориан не станет препятствовать неизбежному.
Нарайн помедлил, но затем деактивировал сдерживающее поле. Ориан опустился на пол зала, потирая запястья.
— Владычица Зефира, — произнёс он. — Если освобождение Семи неизбежно, позвольте хотя бы помочь контролировать переход. Южный Конклав сохранил больше древних знаний о структуре перекрёстка, чем любой другой. Мы можем помочь минимизировать потрясения.
Зефира обменялась взглядами с Маликом и Нарайном, и все трое словно вели безмолвный диалог. Наконец, она кивнула:
— Твоё предложение имеет смысл, Ориан. Но прежде…
Она сделала плавный жест рукой, и кристаллическая мандала, бывшая Ключом Подчинения, полностью распалась. Её фрагменты поднялись в воздух, закружились вокруг Зефиры, а затем начали собираться в новую конфигурацию — уже не инструмент пленения, а изящную структуру Моста между мирами.
— Как и в других Конклавах, здесь должен быть создан новый Мост, — пояснила Зефира. — Точка свободного взаимодействия между измерениями, не искажённая принуждением и контролем.
Процесс трансформации набирал обороты. Весь храм начал вибрировать, его структура меняться. Стены становились более прозрачными, крыша постепенно растворялась, открывая вид на звёздное небо.
— Что происходит? — встревоженно спросил один из адептов.
— Храм трансформируется в соответствии с истинной природой воздушной стихии, — объяснил Нарайн. — От закрытости к открытости, от жёсткой структуры к гибкой органике.
Внезапно Зефира замерла, её глаза расширились:
— Кто-то пытается перехватить потоки трансформации!
Малик и Нарайн мгновенно собрались:
— Исандра! — произнесли они одновременно.