Стены цитадели начали вибрировать, металлические конструкции скрипели и стонали под невидимым давлением. А затем, к ужасу всех присутствующих, пол под ними начал… течь. Твёрдый металл и камень становился подвижным, словно жидкость, формируя странные узоры и структуры.
— Он пробуждается, — прошептал Малик, чувствуя, как вокруг них разворачивается первозданная мощь Владыки Земли. — Терракс разрывает свои оковы.
По всей цитадели материя продолжала трансформироваться. Стены покрывались кристаллическими наростами, пол волнами расходился под ногами бегущих людей, металлические конструкции гнулись и принимали новые, странные формы. Твердыня Востока, некогда символ нерушимой мощи Проводников, буквально таяла и перерождалась.
— Нам нужно выбраться отсюда как можно скорее, — Малик схватил Тарена за плечо. — Трансформация будет только усиливаться, и в какой-то момент все физические проходы могут быть полностью изменены.
Они устремились в направлении выхода, лавируя среди паникующих людей и преодолевая постоянно меняющуюся геометрию коридоров. Иногда пол под ними поднимался, образуя пандус или лестницу, иногда проваливался, формируя спиральный спуск. Словно сама цитадель превратилась в живой, дышащий организм.
Добравшись до большого зала, который, согласно указателям, должен был вести к эвакуационным платформам, они увидели нечто, заставившее даже Малика замереть от изумления.
В центре зала из пола поднималась колоссальная кристаллическая структура — переплетение полупрозрачных коричневых, золотистых и зеленоватых кристаллов, формирующих подобие древа или, скорее, колонны с множеством ответвлений. Кристаллы пульсировали внутренним светом, словно по ним текла жидкая энергия. А в самом сердце этой структуры, внутри самого крупного кристалла, можно было различить силуэт — массивную гуманоидную фигуру, постепенно обретающую всё более чёткие очертания.
— Терракс, — выдохнул Малик. — Он создаёт физическое воплощение, используя материю самой цитадели.
Вокруг кристаллической структуры уже собралось несколько отрядов Проводников в боевых доспехах, их оружие было направлено на формирующегося Владыку. Но они явно не решались открыть огонь, понимая бесполезность такой атаки против существа, способного манипулировать самой материей.
— Нам нужно помочь ему, — Тарен шагнул вперёд, но Малик остановил его.
— Нет. Терракс справится сам. Наша задача сейчас — выжить и выбраться. Если мы привлечём к себе внимание, это только осложнит ситуацию.
Словно в подтверждение его слов, кристаллическая структура внезапно вспыхнула ослепительным светом. От неё во все стороны разошлась мощная энергетическая волна, отбросившая отряды Проводников к стенам. Малик едва успел создать защитное поле вокруг себя и Тарена, чтобы смягчить удар.
Когда свет немного угас, они увидели, что центральный кристалл раскрылся, как цветок, а из него вышла величественная фигура Терракса — Владыки Земли во всём его могуществе.
Он был выше и массивнее обычного человека, с кожей, напоминающей полированный коричневый мрамор с золотыми прожилками. Его мускулистое тело словно было высечено из камня древним скульптором, а глаза светились тёплым золотистым светом. Длинные волосы, похожие на тонкие кристаллические нити, ниспадали до плеч, также переливаясь золотистыми бликами.
Терракс медленно огляделся, осматривая результаты трансформации. Его взгляд на мгновение остановился на Малике и Тарене, и Владыка едва заметно кивнул, признавая их присутствие и роль в его освобождении.
Затем он поднял руки, и весь зал вновь начал трансформироваться — но теперь изменения были более контролируемыми, целенаправленными. Пол разошёлся, формируя широкий проход, ведущий прямо к поверхности. Сквозь образовавшуюся брешь можно было увидеть дневной свет.
— Он создаёт нам путь к отступлению, — понял Малик. — Идём!
Они двинулись к проходу, как вдруг со стороны внутренних помещений донёсся холодный, властный голос:
— Я бы не советовал торопиться.
Обернувшись, они увидели Кайроса, Верховного Командующего Восточного Конклава. Он стоял на возвышении, образованном кристаллической платформой, в сопровождении нескольких офицеров и, что более удивительно, Исандры.
Но внешность Кайроса изменилась. Его левый глаз, ранее бывший кристаллическим имплантатом, теперь светился интенсивным красным светом, а по коже проходили тонкие линии такого же красного свечения, словно под ней текла раскалённая лава.