— Арина Сергеевна, к вам пришли на проходную, — зовет меня охранник, когда мы выходим из столовой.
— Спасибо, иду, — отвечаю ему. — Наверно кто-то из родителей моих учеников. Вы идите, я позже в корпус подойду, — говорю всем.
— Я тебя здесь подожду, — сразу обозначает свою позицию Андрей.
— Хорошо, я быстро, — целую его в щеку и направляюсь к домикам на проходной. Там обычно встречаются с посетителями.
И вот тут меня ждет неожиданный сюрприз. Это не родители учеников меня звали. Это ко мне решил приехать Егор. Зачем? Что он вообще тут делает? Я про него уже совсем думать забыла. А он идет ко мне снова с красными розами и с такой улыбкой, будто мы вместе и у нас все хорошо.
— Здравствуй, милая, — протягивает цветы и наклоняется поцеловать, но я выставляю руку и пресекаю попытку, — я по тебе очень соскучился и решил приехать. Сколько ты еще тут будешь? Мне тебя не хватает.
— Егор, если ты забыл, то я напомню. Мы расстались! Не нужно ко мне приезжать и дарить цветы тоже не нужно, — в который раз пытаюсь доходчиво объяснить.
— Арина, я понял все свои ошибки, теперь у нас все будет по другому. Я готов меняться, — подходит ближе и пытается взять меня за плечи.
— Отпусти меня, — уже психую я от того, что он меня совсем не слышит и не понимает, — Нет никаких нас. Мы разные люди и мне не нужно, чтобы ты менялся. Просто оставь меня в покое.
— У тебя кто-то появился? — опять включает режим ревности Егор, — поэтому ты не хочешь быть со мной. Кто он?
— Да у меня появился мужчина, — не вижу смысла врать, — но с тобой мы расстались до нашего знакомства с ним. Так что он к этому никакого отношения не имеет.
— Я так и знал, что у тебя есть мужик и ты мне голову морочишь, — его глаза затягивает дымка бешенства и он замахивается, чтобы ударить меня.
Но в этот момент что-то происходит и Егор отлетает к стене. А я вижу перед собой Андрея, который готов его сейчас убить. Судя по дикому взгляду и раздувающимся ноздрям сейчас здесь будет драка. Хотя какая драка может быть с чемпионом мира по боксу. Это будет просто убийство.
— Андрей, пожалуйста, не трожь его, — бросаюсь на шею к моему дикому Волку и заставляю его смотреть мне в глаза, — ты же его покалечишь.
— Что, жалко его? А когда он руку на тебя поднял, то все нормально было? — рычит Андрей.
— Я же за тебя переживаю, чтобы ты глупостей не наделал.
— Какая милая картина. Так вот на кого ты меня променяла, — тут же влез Егор, потирая ушибленную челюсть — да пошла ты, су*а. Мне чужие подстилки не нужны.
Я не успела ничего сделать, как Андрей ударил Егора и тот согнулся пополам.
— Никто не смеет оскорблять мою женщину. Если я тебя увижу еще раз рядом с Ариной, то так просто ты не отделаешься. В лучшем случае месяц в больнице я тебе обещаю.
Андрей разворачивается, подходит ко мне, молча берет за руку и ведет за собой. Замечает цветы, которые лежат на столе в помещении. Берет их, в очередной раз ломает и бросает в мусорную корзину.
Я боюсь даже спросить куда мы идем. Потому что все так же без слов Андрей подводит меня к своей машине, открывает двери, помогает сесть мне, садится за руль и мы срываемся с места.
В салоне машины царит напряжение. Я вижу как побелели костяшки на руках у Андрея, от того, как он обхватывает руль. Наверно, если сейчас поджечь спичку, то все взлетит на воздух. Мне кажется, что я слышу как скрипят зубы у мужчины от того, как он сжимает челюсть.
Мы мчимся на огромной скорости и судя по всему Андрей не собирается ее снижать.
— Андрей, мне страшно, притормози, пожалуйста, — уже жалобно пищу я.
Ложу свою руку поверх его на руль и тихо поглаживаю. Наконец, он будто очнулся, сбрасывает скорость и поворачивает с трассы на первый же съезд в лес. Машина останавливается и я сразу же выскакиваю из нее чтобы выдохнуть. Потому что все это время, кажется, и не дышала.
Андрей тоже выходит из машины и становится рядом со мной.
— Арина, я не потерплю других мужиков рядом со своей женщиной, — говорит слишком спокойно, отчего сразу же становится понятно, что у него внутри сейчас происходит шторм.
— Ты же все видел и слышал. Мы расстались еще до того, как я приехала в лагерь.
— Просто я впадаю в бешенство, когда представляю, что ты можешь быть с кем-то другим.