— Это Малинка, новенькая— пояснила Эльвира. — Ей нужны ключи от комнаты и постельное бельё.
Домовой прищурился, злобно скривившись.
— Ходют, ходют тут всякие, — пробурчал он, открывая потрёпанный журнал и листая страницы. Он пробежался по спискам глазами и снова уставился на меня. — Твоего имени нет. Нет в списке, и всё тут. Никаких ключей не дам.
Я почувствовала, как отчаяние начинает подступать к горлу. После всего, что случилось за этот день — ванна Грея, Лавиния, эти чёртовы мыши — у меня уже не оставалось сил спорить с кем-либо. Мокрая одежда неприятно липла к телу, словно намекая, что хуже может быть разве что в холодильной камере для давно позабытых ланчей. Холод пробирал до самых костей, и только идея отдохнуть, наконец, грела душу.
— Ну что, пошли ко мне? — Эльвира, подметив моё состояние, кивнула. — Переночуешь пока у меня, а завтра разберёмся.
— Одна живёшь? — спросила я, не рассчитывая ни на какие-то апартаменты, ни на уют. Просто хотела убедиться, что мне не предстоит ночевать на каменном полу.
— Абсолютно, — подмигнула она.
И всё бы хорошо, но… когда у человека глаза блестят как у продавца, втюхивающего тебе чудо-пылесос, способный засосать всё на свете, кроме пыли, то поневоле начинаешь подозревать... Вот и у Эльвиры был этот странный взгляд, особенно когда она задала мне ещё парочку вопросов о том, как у нас там в "другом мире" живут. Ладно, думается мне, одно дело довериться, когда за спиной добротная подушка и тёплая пижама, и совсем другое, когда единственная альтернатива ночлега — это ближайшее кладбище или подземелье. Решив, что до утра как-нибудь дотяну, я поплелась за ней.
Эльвира распахнула дверь, и передо мной предстал её личный уголок. Просторно, аскетично, как у студента на минималках, но со вкусом, надо признать. Вот тебе книжные полки, вот тебе кровать, и даже письменный стол — всё продумано и функционально. Моя внутренняя оценка "живёт тут, в общем, культурно" резко дала сбой, когда взгляд зацепился за одну из полок, на которой я заметила несколько странных предметов: засушенные растения, бутылочки с неясными жидкостями и... человеческий палец.
Настоящий, человеческий палец, слегка пожелтевший от времени, но абсолютно неразрушаемый в своей выразительности. Я застыла, будто прилетела очередная партия привидений, и почувствовала, как дрожь проходит от макушки до пят. Ужас подкатывал, оставляя странное желание… пойти в другую сторону.
глава 5
— Э-э… Это что? — я всё ещё смотрела на палец на полке, стараясь не паниковать и не закричать. — Тут, на полке, вот это? Человеческий палец?
Эльвира, похоже, вовсе не была тронута моей реакцией. Она хмыкнула и спокойно пояснила, как будто речь шла о декоративной свечке:
— Палец зомби, между прочим. В алхимии штука полезная. Мы его используем для приготовления некоторых… интересных зелий.
— И вы… пьёте такие зелья?
— Нет, конечно, не пьём! — рассмеялась Эльвира. — Это для врагов. Из раздела ядоваренья. Врагу наливаешь, он становится слабым, как мокрая тряпка. Или просто синий и мохнатый — в зависимости от рецепта. Моя любимая тема на втором курсе была, даже жаль, что закончилась.
— Для врагов , значит...— пробормотала я, окончательно погружаясь в реалии академии, — А враги у нас кто?
— Клирики и священники ордена Света, с некоторыми демоническими лордами не дружим, инквизиторы, темные-маги сепаратисты, — перечислила Эльвира. — У всех есть враги. Ну а у нас, темных магов, так уж точно.