Ладно, Алинка, соберись. Нужно всего лишь отдать малиновый пирог — знак извинений и благодарности.
— Привет, — обратилась я к Владу, подойдя к их столику с контейнером в руках.
Все взгляды были обращены на меня: парни смотрели удивленно и с легкой нахальной улыбкой на губах. Девочки же как обычно с насмешкой наблюдали за ситуацией.
Влад смотрел спокойно и заинтересованно, молча ожидая моего слова.
— Я… В общем, это тебе, — сказала я и поставила перед ним контейнер с пирогом. — Хотела извиниться за то, что обвинила тебя вчера… — добавила я чуть смутившись и скосив взгляд в сторону остальных. — И поблагодарить за то… ну ты знаешь что
Не говорить же при всех, что я переночевала у Влада.
Влад хотел что-то сказать в ответ, но его перебила Альбина. Она резко схватила контейнер со стола и вскакивала с места, её лицо было полным злости и презрения.
— Ты думаешь, кто-то тут стал бы жрать твои помои? — рассмеялась она, бросая мне в ноги стеклянный контейнер.
Я вздрогнула от неожиданности, сердце забилось быстрее. Быстро отступила назад, чтобы уклониться. Контейнер упал на пол с громким грохотом и разбился вдребезги, разбрызгивая осколки и малиновый пирог по кафетерии.
Вся атмосфера мгновенно изменилась. Гул студентов резко стих, все повернули головы в нашу сторону и начали шептаться, наблюдая за развернувшейся сценой. В воздухе повисла неловкая тишина.
Влад выглядел так, будто ничего особенного не произошло. Он спокойно посмотрел на разбитый контейнер и осколки пирога — словно это было обычное дело. Обалдеть. И перед ним я сейчас извиняюсь. Ради него готовила этот пирог?
Обидно, капец как обидно. Но я не позволю им увидеть мои слёзы. Не сейчас.
Игорь присвистнул, глядя на разбитый контейнер и испорченный десерт:
— Ну вот…как жаль пирог.
Альбина осклабилась еще шире:
— Да кому ты тут нужна? Ты и твоя подружка, вертитесь под ногами, пытаетесь обратить внимание парней на себя. Вы себя в зеркало видели? Кто на вас посмотрит? — выпалила Альбина, её голос полон злости и презрения. Она сделала шаг вперед, прямо на меня.
Услышала предупреждающий голос Игоря:
— Альбина, перегибаешь.
Влад даже не вмешивается, козёл.
Я почувствовала, как внутри закипает гнев, но сдержалась.
Я вздохнула и чуть улыбнулась, чтобы скрыть раздражение:
— Ну да, я ведь не могу привлечь внимание как вы тут — тонна косметики, накачанные губы… Ах да, ещё и давать всем направо и налево. Ваша «естественная красота» — это что-то особенное.
Со стороны столика парней раздался сдавленный смешок. Кто-то из них явно оценил мой сарказм или просто не смог удержаться. В их взглядах читалась насмешка и одобрение моей реакции.
— А ты вообще кто такая? Говоришь со мной как с ничтожеством. Не забывай свое место, — ответила Альбина.
Я сделала шаг вперед, чувствуя, как внутри загорается желание дать ей отпор. Но вместо этого я спокойно сказала:
— Место у меня есть. И оно не там, где ты пытаешься меня унизить. Лучше подумай о себе — может, пора уже перестать играть в эту глупую роль «королевы красоты», потому что внутри ты пустышка.
Она закашлялась от злости и попыталась что-то ответить, но я повернулась к Владу.
— Я пришла сюда, чтобы извиниться, посчитала, что ты не такой уж и плохой, — язвительно начала я, — но, ошиблась. Ты не стоишь того…
Развернулась не дав ему ответить и быстро зашагала прочь из кафетерия, чувствуя, как внутри всё сжимается от обиды и разочарования. Хотелось поплакать, выплеснуть всю боль и злость. На выходе я столкнулась с Лесей, она и Лена стояли неподалеку, будто ожидая меня. Их взгляды сразу же настороженно переключились на меня.
Они мгновенно подошли ближе и мягко, но уверенно увели меня подальше от взглядов, направленных мне в спину. В этом укромном уголке я наконец-то смогла сделать глубокий вдох и почувствовать себя чуть спокойнее. Но внутри всё еще бушевали эмоции — обида, гнев и ощущение полной опустошенности.
Глава 17 « Влад »
Сидел и смотрел в удаляющуюся спину Малинки, ощущая внутри противное чувство. Она права — я действительно не достоин того, чтобы мне таскали пироги.
Опустил взгляд на осколки пирога, разбросанные на полу. Затем поднял глаза на Альбину: несмотря на перепалку с Малинкой, она будто бы чувствовала себя победительницей в этом споре. Но это было иллюзией — я знал правду. Малинка права, и насчет нее, и насчет меня тоже. И именно поэтому я не стал влезать в конфликт — так и получаю неодобрение в глазах парней. Тоже мне, у них будто над головой сияют нимбы.
Резко встал из-за стола и направился к выходу. В этот момент Альбина тут же вцепилась мне за руку. Я дернул её, пытаясь освободиться, но она лишь крепче хватилась.
— Влад, ну ты чего? — пищит мне на ухо, — из-за этой мыши расстроился?
На её слова я резко дернул её за локоть, чтобы она посмотрела мне в глаза. Она подняла свои глаза и непонимающе хлопает искусственными ресницами. Подвёл её к пирогу на полу и толкнул.
— Ты сейчас же уберёшь всё отсюда, — сказал я строго, — и сама всё уберёшь.
— Владуш… — начала писклявить она, но я перебил:
— Я говорил, чтобы ты перестала коверкать моё имя.
Она начала дуть губы и отводить взгляд.
— У меня ногти, я не могу — показала на свои когти. — Уборщица придёт и всё уберёт.
Вот это учится в медицинском университете… Конечно, папочка проплатит хорошие оценки. Но такую дуру нужно держать подальше от людей. Говорить ей о том, что все эти когти не допустимы в медицине — бесполезно. Ей всё равно.
— Мне плевать, что у тебя там. Я сказал — убери всё сейчас же! И почему-то я не вижу твоих телодвижений по поводу пирога,— указал я на разбросанные куски.
Студенты наблюдали за этим всем молча: подружки Альбины не спешили вмешиваться. Янка всё ещё не могла отлипнуть от Игоря; он игнорировал её и продолжал заниматься своими делами. Никита с интересом следил за происходящим. Единственный Дима был явно недоволен: качал головой, но ничего не говорил — знал, что я девчонок трогать не собираюсь. Но Альбина уже явно вышла из себя и не видела границ.
Подходит уборщица, собираясь быстро и аккуратно убрать весь беспорядок, который Альбина устроила. Я мягко, но уверенно забираю у неё мусорный пакет, совок с веником и тряпку, передаю их Альбине. Она медлит, не спеша тянет руку, явно не в настроении. Бросаю на неё предупредительный взгляд — мол, не тяни кота за хвост. Нехотя она хватает инструменты и начинает убирать, бормоча что-то себе под нос, недовольная и раздражённая. Не обращаю внимания на её бубнеж — мне всё равно. Главное — чтобы всё было сделано.
Как только она всё убрала, я быстро покидаю кафетерий и направляюсь на пары, которые как раз начинаются. Шаги быстрые, мысли суетятся в голове — всё ещё не могу избавиться от навязчивых образов. Малинка всё ещё не выходит из моих мыслей. Наверняка она обиделась, и это меня тревожит. Но что я могу сделать? Идти и извиняться? Нет, конечно. Это не в моём стиле.
Настроение никакое, внутри тяжесть — всё портит эта практика. Я чувствую себя каким-то трусом и слабаком. Вспоминаю тот момент, когда женщина погибла у меня на руках. Я был напуган до дрожи, ничего не смог сделать… до сих пор перед глазами стоят мои руки в её крови, слышу голос заведующего, который уверяет меня, что тут нет моей вины. Там было целое комбо — у женщины было множество проблем, и я знаю, что сделал всё возможное. Но почему-то ощущение провала не отпускает. Я сбежал сразу после этого — словно боялся столкнуться с последствиями.
Голова гудит от мыслей, сердце бьётся быстрее. Не хочется возвращаться к этим воспоминаниям, но они словно прилипли к сознанию.
Выхожу из университета после всех пар, издали подходя к своей машине, замечаю крутящуюся возле неё Альбину. Она ждёт меня, переминаясь с ноги на ногу, явно нервничает. Игнорируя её, усаживаюсь в машину. Рядом плюхается Аля.
Ну что за настырная такая? Уже объяснял в который раз: между нами всё. Точка.
Но она всё равно не унимается, бегает за мной, ищет встречи.
— Ты мне сказать что-то хочешь? — спрашиваю я. — Если нет, выйди из машины, у меня дела.